«Не мойся. Через восемь дней приеду»

Любимая жена-изменщица, бриллианты и обжорство: роскошная жизнь Наполеона

На этот раз речь пойдет о самом знаменитом французском лидере — Наполеоне Бонапарте. Он сам себя короновал, бегал за любовницами в одной ночной сорочке и отъедался в ссылке на острове Святой Елены после поражения в России.

Сам себе император

Еще за день до коронации, к которой было приковано внимание всего мира, ликующая толпа заполонила близлежащие улицы и площади. Шесть батальонов гренадеров едва сдерживали этот напор. Всю ночь с 1 на 2 декабря в небо взмывали фейерверки, искрились бенгальские огни и салютовали пушки.

В пять утра к Нотр-Даму стали подтягиваться приглашенные. На каретах было не проехать, пришлось идти пешком, поскольку улицы были перекрыты для всех, за исключением торжественного кортежа, в котором следовали Наполеон Бонапарт и его любимая жена Жозефина.

Дамы в платьях с глубоким декольте мерзли на морозных улицах. Но никто не жаловался, все понимали, что становятся свидетелями грандиозного события — коронации императора.

Ровно в шесть утра по мостовой, устланной ковровой дорожкой от самого дворца Тюильри, промчались золотые кареты. Толпа встречала их ликованием. В коронационной процессии принимали участие герольды и пажи, а также 16 жен маршалов. Изначально Наполеон хотел, чтобы все было выдержано в духе древнеримских торжеств, а значит, перед будущим императором должны были шествовать 12 невинных дев, но потом передумал. «Где же в Париже можно отыскать так много девственниц?» — пошутил Бонапарт. В итоге их заменили супругами маршалов.

 
 
Подчеркивая свое особое положение и не желая выглядеть продолжателем традиций Бурбонов, Наполеон короновался не в Реймсе, как почти все короли Франции, а в Париже. Жак-Луи Давид. «Коронование императора Наполеона I и императрицы Жозефины в соборе Парижской Богоматери 2 декабря 1804 года»
Подчеркивая свое особое положение и не желая выглядеть продолжателем традиций Бурбонов, Наполеон короновался не в Реймсе, как почти все короли Франции, а в Париже. Жак-Луи Давид. «Коронование императора Наполеона I и императрицы Жозефины в соборе Парижской Богоматери 2 декабря 1804 года»
Изображение: Public domain / Wikimedia
1/4

За ними следовала Жозефина в платье с длинным шлейфом, который несли сестры Наполеона. Будущий император торжественно вошел в Нотр-Дам последним, костюм его от самого верха до чулок сверкал золотом и драгоценными камнями. Присутствовавшие обратили внимание на походку Бонапарта: он вышагивал так, как делали это короли — сверженные во Франции Бурбоны — каждый раз чуть-чуть приподнимаясь на носках. Ходили слухи, что величественные позы и монаршую походку он оттачивал у одного из известных французских актеров.

У алтаря будущего императора уже ожидал Папа Римский Пий VII, это было нарушением традиций — понтифику пришлось тащиться в Париж, хотя раньше будущие монархи сами приезжали в Ватикан. Как, например, делал это Карл Великий. Впрочем, французские военные, окружившие карликовое государство-анклав, не оставили Папе шанса.

Корона была изготовлена из чистого золота в виде лаврового венка — Наполеону нравились замашки древнеримских императоров. Во время церемонии понтифик уже было взял корону, чтобы, согласно церемониалу, возложить ее на голову будущему монарху. Однако у Бонапарта были свои идеи на этот счет. Вместо того, чтобы опуститься перед Пием VII на колени, он выхватил корону из его рук, повернулся к публике и медленно водрузил ее на свою голову.

 

«Он сам себя короновал!» — зашептали в изумлении. Жозефина тоже не растерялась — она встала на колени перед мужем — и он возложил на ее голову корону поменьше.

Амурные дела Наполеона

Жозефина была главной женщиной в жизни Наполеона. По словам очевидцев, именно ее имя было последним словом, слетевшим с губ умирающего полководца. Когда они познакомились, вдова и мать двоих детей была уже не так молода. Многие гадали: в чем заключается успех этой женщины, вскружившей голову 27-летнему Бонапарту, который тогда был генералом.

Современники описывали ее так: «Кокетство, придающее утонченность каждому жесту, не упускающее из виду ни единой мелочи, обдуманное до мельчайших подробностей, какая-то необъяснимая лень в движениях, сладострастие, которое, словно легкий и вместе с тем опьяняющий аромат, разливается вокруг нее при каждом лениво-небрежном движении ее легких и гибких форм, — все это соединилось в ней как бы для того, чтобы сводить с ума мужчин».

Увидев ее, Наполеон сразу потерял голову. Встреча произошла в небольшом особняке, который 33-летняя Жозефина Богарне снимала у одной из своих знакомых. Превращенный в уютное место этот салон посещали многие известные люди Парижа. Наполеону, жившему в скромной квартирке, дом Жозефины показался шикарным. Прихожая, украшенная зеркалами, справа — дверь в будуар, слева — в небольшой кабинет, где лежала открытая книга, в кресле — вышивка, которую, казалось, только что оставила хозяйка.

 
 
Даже став императором, Наполеон в военных походах продолжил носить военную форму, подчеркивая свою близость к солдатам. До этого французские монархи роскошно одевались даже в армии
Даже став императором, Наполеон в военных походах продолжил носить военную форму, подчеркивая свою близость к солдатам. До этого французские монархи роскошно одевались даже в армии
Кадр: фильм «Война и мир»

Он не замечал никаких недостатков в этом интерьере: ни местами облупившейся позолоты, ни ветхости некоторых предметов, которую всячески старались скрывать. Наполеон не подозревал, что за этим вычурным блеском скрывается нищета. Ему было все равно, так как до этого блеск роскоши был ему и вовсе недоступен.

Вскоре после этой встречи Бонапарт и Жозефина поженились. Этот брак был выгоден обоим. Жозефина, вращавшаяся в высших кругах, помогла мужу построить головокружительную карьеру. От одного из бывших любовников она смогла добиться того, что Наполеона назначили главнокомандующим армией в Италии. Там Бонапарта ждали фантастические успехи — в считанные месяцы Италия покорилась Наполеону. В Париж устремились обозы, доверху набитые бесценными картинами, скульптурами, старинными драгоценностями.

Французские власти не успели оглянуться, как генерал Бонапарт, не советуясь с ними, стал сам вести мирные переговоры и заключать договоры с итальянским руководством. После той победы Наполеон вернулся настоящим триумфатором, посчитавшим, что теперь он может позволить себе любые амбиции. Его главной мечтой в тот период было, чтобы Жозефина по достоинству оценила его заслуги.

Супругу это радовало — в доме завелись большие деньги, которые она с радостью спускала на балы, приемы, примерку новых платьев. К тому же эта женщина, даже будучи замужем, не считала нужным хранить супругу верность. Впоследствии и у самого императора было немало любовниц. На них он, не задумываясь, тратил казенные деньги, а иногда и пренебрегал государственными делами.

Рассказывали, что в обществе прекрасных дам Наполеон преображался: до этого казавшийся немногословным, несколько чопорным и довольно сдержанным, он мог танцевать, играть в прятки, в одной ночной рубашке бегать за очередной красавицей по коридорам своего дворца, а порой и переодеться в ее платье в спальне.

Впрочем, это было уже спустя годы после того, как Бонапарт и Жозефина поженились. Вначале он сильно страдал из-за того, что ветреная супруга изменяла ему на каждом шагу. Он засыпал жену письмами, в которых изливал свои чувства.

 
 
Жозефина Богарне была главной любовью в жизни Наполеона. Он одарил подарками и титулами не только ее, но и ее сыновей от первого брака. Франсуа Жерар. «Портрет Жозефины»
Жозефина Богарне была главной любовью в жизни Наполеона. Он одарил подарками и титулами не только ее, но и ее сыновей от первого брака. Франсуа Жерар. «Портрет Жозефины»
Изображение: Public domain / Wikimedia

«Я без тебя — ничто. Не могу понять, как я жил без тебя раньше... Все мои мысли привязаны к твоей спальне, к твоей постели, к твоему сердцу... Ты знаешь, что я не вынес бы, если бы у тебя был любовник», — писал он, а Жозефина лишь посмеивалась над несчастным мужем, которого угораздило влюбиться в собственную жену.

 

Чем выше по карьерной лестнице поднимался Наполеон, тем больше нежности начинала проявлять к нему супруга, решившая немного поумерить свой пыл в отношении других мужчин. Муж это ценил, направляя возлюбленной письма из разных походов. В одном из них говорилось: «Не мойся. Я спешу изо всех сил и через восемь дней приеду».

Несмотря на такую страсть, Бонапарту все-таки пришлось развестись с любимой женой в декабре 1809 года: она так и не смогла родить ему наследника. По словам приближенных, Жозефина была очень огорчена разводом. Бывшие супруги сохранили хорошие отношения и, по словам придворных, иногда по привычке коротали ночи в объятиях друг друга.

После расставания любимая женщина императора в накладе не осталась, получив от бывшего супруга Елисейский дворец, дворец Мальмезон, Наваррский замок, охрану, штат придворных, которых оплачивали из государственной казны, три миллиона франков годового содержания, а также у нее остались сотни украшений, подаренных бывшим мужем.

Украшения, подаренные влюбленным Бонапартом

Первым презентом Бонапарта, который тогда еще был генералом, стало золотое кольцо, украшенное сапфиром и бриллиантом грушевидной огранки. Он подарил его прямо перед свадьбой. На внутренней стороне украшения была выгравирована надпись «Это судьба». Жозефине это кольцо не особо сильно понравилось — оно было не слишком дорогое. Одаривать возлюбленную ювелирными произведениями искусства Наполеон станет уже после того, как займет кресло императора.

Поистине царский подарок он сделал своей супруге прямо перед коронацией — преподнес ей диадему, выполненную в виде лаврового венка — символа божественной и королевской власти — и украшенную 1040 бриллиантами.

Однако вовсе не это украшение считалось самым любимым у Жозефины, а сапфировый гарнитур, состоящий из диадемы, ожерелья, большой и двух маленьких брошей и серег. Его украшали 29 цейлонских сапфиров.

Наполеона считали не только талантливым лидером и полководцем, но и законодателем мод. Так, он подарил Жозефине первые женские наручные часы. До этого момента местные модницы носили часы, которые были встроены в перстень либо в веер. Золотые часы, которые он преподнес жене, были встроены в золотой браслет и украшены драгоценными камнями. Окружающим так понравилась эта новинка, что они сразу же стали заказывать их у ювелиров. Впрочем, по современным меркам часы Жозефины были не совсем удобны — заводить их приходилось по три-четыре раза в день.

Сам Бонапарт больше всего любил камеи, у него была целая коллекция украшений, принадлежавших ранее римским императорам. Желая в очередной раз порадовать Жозефину, он приказал выделить ей из своей сокровищницы камеи и сделать на их основе новые красивые украшения — диадему, ожерелье и браслеты. Придворный ювелир вставил камеи в оправу из жемчуга и драгоценных камней. Считается, что именно эти ювелирные изделия Наполеон полюбил больше всего. Однако жена его вкусы не разделила: набор ей понравился, но он оказался настолько тяжелым, что она даже ни разу его не надела.

 
 
Большую часть своей жизни Наполеон провел в военных походах, а когда прибывал в Париж, то жил не в Версале, а в несколько более камерном Фонтенбло, расположенном в 55 километрах от Парижа
Большую часть своей жизни Наполеон провел в военных походах, а когда прибывал в Париж, то жил не в Версале, а в несколько более камерном Фонтенбло, расположенном в 55 километрах от Парижа
Фото: Laurent Rebours / AP
1/3

Что касается императора, то он тоже носил украшения, самым любимым из них стал так называемый литературный браслет. Принцип этого украшения заключается в том, что каждый из камней выбирается по первой букве названия, в итоге получается, что а — аметист, б — берилл и так далее по алфавиту. Это украшение было выполнено в готическом стиле и сделано из золота. Браслет императора назывался Napoleon, на нем было не только имя, но и месяц, в котором он родился. Для написания имени главы государства использовали натролит, аметист, перидот, опал, ляпис-лазурь, изумруд (от французского emerald — прим. «Ленты.ру»), оникс и натролит.

 

Отъедался в ссылке после России

Если украшения вызывали у императора неподдельный интерес, то к еде он относился довольно просто — был неприхотлив и не избалован какими-то изысками. Все изменилось после поражения, которое ему нанесла Российская империя. По словам его подданных, бывший император буквально отъедался, находясь в ссылке на острове Святой Елены. Один из британских офицеров, охранявший Бонапарта, ежедневно скрупулезно записывал все продукты, которые привозили бывшему французскому императору и его окружению (их точное число, правда, не указывалось).

Вот примерный список на один день. Из напитков: бутылка шампанского, 10 бутылок бордо, полбутылки мадеры, бутылка вина с острова Тенерифе, 31 бутылка из Капской провинции, ром, коньяк и солодовый ликер. Помимо этого требовалось несколько десятков килограммов говядины и телятины, свыше трех десятков килограммов хлеба, более 20 килограммов баранины и свинины, около четырех дюжин яиц, 15 бутылок молока, два гуся, два индюка, 12 голубей и 9 цесарок.

Жизнь на острове была далека от райской. Бегство с него было невозможным, несмотря на это Наполеон, хотя и мог свободно перемещаться по острову, постоянно находился под охраной. Несколько тысяч солдат и офицеров стерегли опального императора. Впрочем, относились к нему с огромным почтением, рассказывали, что местные жители и вовсе дарили полководцу цветы.

По словам графа де Бальмена, русского пристава при Наполеоне, Бонапарт активно протестовал против своего ареста и требовал, чтобы с ним обращались как с императором. «Бертран, Монтолон, Ласказ, Гурго и вся его свита продолжают отдавать ему все прежние почести. Он постоянно принимает иностранцев, желающих его видеть, но не дает ни вечеров, ни обедов», — докладывает он графу Карлу Нессельроде.

Находясь в ссылке, Наполеон вставал в полдень, завтракал, до трех часов дня занимался разными делами, в четыре — принимал у себя посетителей. После этого отправлялся гулять либо пешком, либо в коляске, запряженной шестью лошадьми, изредка верхом.

Обедать он обычно садился часов в восемь вечера, проводя за столом около часа, после этого играл с одним из своих сторонников в реверси (настольная игра для двух человек на доске восемь на восемь клеток — прим. «Ленты.ру»). Ночью Наполеон любил вставать: писал книгу или учил английский язык. По словам де Бальмена, в первое время Наполеон буквально не снимал мундир, но впоследствии согласился заменить его на охотничье платье.

Константин Дворецкий

Источник ➝

Барон Роман Унгерн: взлет и падение монгольского «бога войны»

Барон Роман Федорович фон Унгерн-Штернберг был потомком древнего германского рыцарского рода. Несмотря на это, барон всеми фибрами души презирал западную цивилизацию и считал европейцев вырожденцами. Мечтой Унгерна было установление всемирного господства «желтой расы» и Гражданская война в России позволила ему начать воплощать свои безумные идеи в жизнь.

В монгольских степях Романа Федоровича боготворили и считали реинкарнацией Чингисхана, а буддийские ламы воспевали его как божество войны. Унгерну удалось захватить власть в Монголии и собрать армию для завоевания Европы.

Этот «крестовый поход» стал одним из наиболее ярких и абсурдных эпизодов, которыми богата история России в первые годы после Октябрьского переворота.

Родился Роман Унгерн, настоящее имя которого было Николай-Роберт-Максимилиан фон Унгерн-Штернберг, в Австрии. Детство будущего повелителя монголов прошло в Прибалтике, где жило несколько поколений его предков, остзейских немцев. Когда мальчику было 6 лет, его родители развелись и отца ему заменил отчим, с которым у Романа были отличные отношения.

В юные годы Унгерн не отличался примерным поведением и тягой к учебе, поэтому старания родителей дать ему хорошее военное образование закончилось провалом. Юношу отчислили из Морского кадетского корпуса в Санкт-Петербурге за своевольное поведение и морской офицер из него не получился.

Как только грянула Русско-японская война, Унгерн записался вольноопределяющимся в пехотный полк и отправился на фронт. Но судьбе было угодно, чтобы потомок немецких рыцарей избежал японской шрапнели: воинское подразделение Унгерна не участвовало в боевых действиях, а находилось в резерве.

Юный барон настоял, чтобы его перевели ближе к театру боевых действий и его просьба была удовлетворена. К огорчению Романа, пока происходил его перевод, война завершилась поражением Российской империи. Но в действующей армии Унгерн получил погоны ефрейтора и, главное, желание стать офицером.

Уже без приключений остепенившийся Унгерн окончил Павловское пехотное училище и в чине хорунжего был зачислен в 1-й Аргунский полк Забайкальского казачьего войска. Именно с этого момента и начинается самое интересное в его насыщенной событиями жизни.

Среди сослуживцев Роман Унгерн имел не слишком хорошую репутацию. Сослуживцы барона вспоминали о нем как о вспыльчивом, агрессивном человеке, к тому же злоупотребляющим алкоголем. Напившись, хорунжий становился обидчивым и неуправляемым, устраивая ссоры и отчаянные драки.

Унгерн в мундире Нерчинского казачьего полка

Во время одной из потасовок он получил саблей по голове, из-за чего всю оставшуюся жизнь мучился головными болями. Иван Кряжев, один из сослуживцев Унгерна по 1-му Аргунскому полку позднее вспоминал о нем так:

Барон вел себя так отчужденно и с такими странностями, что офицерское общество хотело даже исключить его из своего состава… Унгерн жил совершенно наособицу, ни с кем не водился, всегда пребывал в одиночестве. А вдруг, ни с того ни с сего, в иную пору и ночью, соберет казаков и через город с гиканьем мчится с ними куда-то в степь – волков гонять, что ли. Толком не поймешь. Потом вернется, запрется у себя и сидит один, как сыч.

Но, несмотря на неуживчивый характер и странности, Унгерна в полку уважали. Этого человека отличала настойчивость, прямолинейность и необычное, плохо объяснимое, с точки зрения логики, чутье. Однажды Роман Унгерн поспорил с офицерами, что, не зная дороги и без сопровождения проводников, проедет от Даурии до Благовещенска. Свое слово барон сдержал и все 600 верст дикой тайги преодолел за оговоренное время.

В 1913 году Роман Федорович внезапно охладел к военной службе и уволился из армии. Но его не привлекала ни яркая столичная жизнь, ни размеренные будни прибалтийского помещика. Барон отправился в путешествие по Монголии и вернулся из него, лишь получив известия о начале Первой мировой войны.

Атаман Леонид Пунин

В 1915 году, не имевший боевого опыта Унгерн, каким-то образом сумел попасть в Отряд особой важности атамана Леонида Пунина, который в имперской армии считался подразделением специального назначения. Основной задачей отряда было ведение партизанской подрывной деятельности в тылу врага.

Но Унгерн полностью оправдал доверие Пунина и в 1916 году за проведение эффективных боевых операций получил звание есаула. Барон Петр Врангель, которому предстояло вскоре возглавить белое движение, столкнулся с Унгерном в полевых условиях и оставил о нем такое воспоминание:

Оборванный и грязный, он спит всегда на полу среди казаков своей сотни, ест из общего котла и, будучи воспитанным в условиях культурного достатка, производит впечатление человека, совершенно от них оторвавшегося. Оригинальный, острый ум, и рядом с ним поразительное отсутствие культуры и узкий до чрезвычайности кругозор. Поразительная застенчивость, не знающая пределов расточительность…

Но застенчивость есаула Унгерна была обманчивой. Вскоре после встречи с Врангелем казачий офицер был приговорен к двум месяцам тюрьмы за драку с дежурным офицером военной комендатуры города Черновицы (ныне Черновцы, Украина).

Как водится барон был пьян и, не желая подчиняться требованию находившегося при исполнении офицера, ударил того по голове. Для военного времени это был более чем серьезный проступок, но есаула решили строго не наказывать. К тому времени Унгерн уже имел пять боевых наград и столько же ранений. После освобождения из-под ареста барон был уволен из полка за недостойное поведение.

Но все только начиналось, ведь вскоре грянула сперва Февральская, а затем и Октябрьская революция. Такие люди, как Роман Федорович Унгерн стали на вес золота, ведь именно бесшабашные авантюристы стали движущей силой Белой гвардии.

В первые же послереволюционные дни Унгерн с группой казачьих офицеров отправился к Байкалу, где формировал свою армию Григорий Семенов. Хорошо знакомый с бароном казачий атаман принял его с распростертыми объятьями и тут же выдал погоны генерал-лейтенанта. Перед Унгерном поставили серьезную задачу — сформировать Азиатскую конную дивизию, способную эффективно противостоять большевикам.

Неплохо ориентировавшийся в местном населении барон сделал костяком своей дивизии монголов и бурят, которых знал как отличных воинов и искусных наездников. Кроме них в отряде служили башкиры, тибетцы, корейцы, татары, поляки, казаки и даже сорок японцев. Все командные должности в дивизии занимали русские офицеры.

Желтый халат-мундир барона Романа Унгерна

От своих подчиненных Унгерн требовал совсем немного — отчаянной храбрости и беспрекословного подчинения. Ротмистр Николай Князев, служивший в дивизии с первых дней ее основания, рассказывал, что генерал Унгерн говорил о своих бойцах так:

Мне нужны лишь слепые исполнители моей воли, которые выполнят без рассуждения любое мое приказание, к примеру, не дрогнув, убьют даже родного отца.

И, нужно сказать, Роману Федоровичу удалось набрать достаточно таких головорезов. Когда в конной дивизии было 2400 бойцов, барон, с минимальными припасами выдвинулся в военный поход и за небольшой промежуток времени захватил всю Даурию. По сути, Унгерн стал правителем Забайкалья и единственной властью в регионе.

Уже упомянутый нами Князев в своих воспоминаниях писал, что дисциплина в 1-й Азиатской дивизии была железной, чему немало способствовала атмосфера недоверия. Унгерн поощрял наушничество, поэтому его подчиненные без зазрения совести доносили друг на друга. Самого барона боялись, так как считали, что он водится с нечистой силой. Монголы были уверены, что их командир неуязвимый «бог войны» и дорогу в даурской степи ему помогают отыскать дикие волки.

За мелкие грехи в дивизии наказывали бамбуковыми палками, а за более серьезные — смертью. Унгерн славился своей изобретательностью в придумывании казней и редко повторялся. Людей расстреливали, четвертовали, разрывали лошадьми, сажали на кол или сжигали живьем. С пленными генерал также не церемонился и оставлял их трупы на видном месте для устрашения.

Дивизию барона повсюду сопровождали стаи шакалов, волков и птиц-падальщиков, что лишь укрепляло веру людей в сверхъестественную силу генерала. Немало поспособствовал усилению авторитета барона его брак с маньчжурской принцессой, заключенный в 1919 году — после этого он стал «своим» в монгольских стойбищах.

В перерывах между боями и казнями Унгерн обдумывал свою идею «крестового похода» на Европу, которая, по его мнению, осквернила себя роскошью и торгашеством. В планах мечтателя было создание новой монгольской империи от Тихого и Индийского океана до последнего моря, к которому так и не сумел дойти Чингисхан.

Урга начала XX века

Загоревшись своей идеей, генерал бросает борьбу с большевиками и вместе со своей дивизией отправляется штурмовать захваченную китайцами столицу Монголии Ургу (сейчас Улан-Батор). Этот город, напоминавший огромное стойбище, был резиденцией Богдо-Гэгэна — теократического руководителя страны и главы монгольских буддистов.

В отряде Унгерна было всего 1460 человек, в то время как в Урге расположился 10-тысячный китайский гарнизон с пулеметами и артиллерией. Совершив две тщетные попытки захватить город, барон перешел к партизанской войне. Его поддержали буддийские ламы, приславшие на подмогу отряд тибетцев, а также монгольские князья-нойоны, объявившие мобилизацию среди своих подданных.

За день до решающего штурма Роман Федорович отправился на разведку лично, верхом и переодевшись в монгольскую одежду. Барон беспрепятственно въехал в город, пообщался со слугами китайского губернатора и осмотрел снаружи его дом. Напоследок он ударил тростью заснувшего на посту китайского часового, объяснив ему на его же языке, что так делать нельзя. После этих отчаянных приключений Унгерн спокойно покинул Ургу и вернулся к своему небольшому войску.

Богдо-Гэгэн VIII

4 февраля 1921 года отряд Унгерна снова пошел на штурм Урги и после кровопролитных уличных боев овладел городом. Первым делом в столице вырезали всех евреев, а их имущество разграбили. 22 февраля произошла коронация Богдо-Гэгэна VIII, которого барон сделал повелителем Монголии. Разумеется, Роман Унгерн получил фактическое право управления страной от имени марионеточного правителя.

К весне армии Унгерна удалось полностью выбить китайцев из Монголии и пришло время воплотить в жизнь основной замысел — поход на Европу. 15 мая 1921 года Роман Федорович издает «Указ №15», объявляющий начало похода в Россию.

В подчинении у барона, которого к тому времени уже считали великим полководцем и воплощением Чингисхана, было более 11 тысяч вооруженных всадников 15 разных национальностей. Первоначальной целью Унгерна была организация антибольшевистского восстания в Иркутской губернии и Забайкалье, а затем и на Алтае.

Бойцы армии Унгерна

Барона обещали поддержать японцы и его старый друг атаман Семенов, поэтому он чувствовал себя непобедимым. Но союзники не сдержали своего слова и большая, но абсолютно дикая орда «нового Чингисхана» потерпела сокрушительное поражение от Красной армии.

В августе 1921 года барон, разделив остатки своих войск на две части, начал пробираться из Восточной Сибири в горы Тибета. В пути Унгерн дал волю своей ярости, казня направо и налево своих подчиненных, начавших терять веру в его божественную сущность. Из-за этого в отряде вспыхнул мятеж, но Роман Федорович бежал в степь.

Карьера неудавшегося владыки мира закончилась неожиданно прозаично — он попал в плен к красным партизанам, которыми командовал Петр Щетинкин. 15 сентября 1921 года состоялся короткий суд, в ходе которого барона вполне справедливо обвинили в антисоветчине и массовых убийствах мирного населения.

Арестованный красноармейцами Унгерн

Наказание в то время у большевиков было одно — расстрел. Приговор привели в исполнение сразу же после оглашения, а тело потомка немецких рыцарей зарыли в неизвестном месте. Имя барона Унгерна недолго будоражило умы монголов и вскоре «демона войны» вспоминали лишь в связи с поисками мифической казны Азиатской дивизии, которую он перед пленением, если верить слухам, успел надежно спрятать.

Нужно сказать, что клады эти в Забайкалье и Монголии энтузиасты ищут и в наши дни, а личность самого барона окружили ореолом мистики, сделав знаковой фигурой восточной эзотерики.

Популярное в

))}
Loading...
наверх