Славяне и авары в VI веке

В 50-е годы VI в. славяне, воспользовавшись тем, что основные силы Византии были отвлечены в Италию, не только занимались разбоем в северных провинциях, но и даже захватили небольшой город Топер во Фракии (провинция Родопа).

Славяне и авары в VI веке

Реконструкция аварского всадника. Художник Горелик М. В.

 


Кроме них, границам империи на севере угрожали германские «королевства» и гунны. Имперская политика «разделяй и властвуй» способствовала ослаблению этих народов, которых византийские дипломаты стравливали между собой.
 

Кутургуры, гуннское племя, вместе со славянами перешли Дунай по льду, пройдя через провинции Скифия и Мёзия, в 558 г., во главе с ханом Заберганом. Часть войск с Заберганом двинулась к столице, часть в Грецию, часть пыталась обойти наземные укрепления у Херсонеса Фракийского по морю на плотах.

А вот анты, которые были в союзе с империей с 554 г., попытались вступить в столкновение с кутургурами и опустошили землю склавин, но, по-видимому, неудачно, вслед за ними в сражения вступили утигуры Сандилха.

Авары в Европе


В конце 50-х годов в причерноморских степях появились авары. О происхождении авар можно говорить только предположительно. Как и другие кочевые народы до них и после них, на пути с востока они подвергались постоянным этноизменениям, включая в свой состав побежденных и присоединившихся.

Авары, или обры древнерусской летописи, были урало-алтайским тюркским племенем. Жужане (авары) доминировали в Северном Китае, монгольских степях и на Алтае, подчинив себе гуннские племена из Восточного Туркестана, в том числе и собственно тюрок – племя Ашина.


Всадник 600-700 гг. Статуэтка. Китай. Британский музей. Лондон. Англия. Фото автора


Отсюда и тот ужас, который испытали гуннские племена Восточной Европы, узнав о вторжении авар в европейские степи. Но военное счастье в степи переменчиво, и, как писал протектор Менандер в ходе войны с тюрками-ашинами и китайцами, жужани или руране (авары) были разгромлены в 551 и 554 гг., тюрки вышли из подчинения жужанского каганата и создали свой первый каганат. Большая часть авар вынуждена была переселилось в Китай и Корею, а меньшая часть разрозненных племен, входивших в аварский союз, двинулась на Запад.

В 568 г. в Константинополь прибыли послы Тюркского каганата, которые рассказали императору Юстину II подробности об аварах. Это повествование дошло до нас в «Истории» Феофилакта Симокатта. Племена уар и хунни, которые некогда входи в аварский союз, бежали от тюрок на запад. Как хвастливо заявил правитель тюрок: 
«Авары не птицы, чтобы, летая по воздуху, избегнуть им мечей тюрков; они не рыбы, чтобы нырнуть в воду и исчезнуть в глубине морской пучины; они блуждают на поверхности земли. Когда покончу войну с эфталитами, нападу на аваров, и они не избегнут моих сил».



Иностранец. VI в. Статуэтка. Китай. Музей Альберта и Виктории. Лондон. Англия. Фото автора


В степях Кавказа они встретили гуннские племена, которые приняли их за авар, и оказали им соответствующие почести. Эти племена решили принять на себя грозное имя авары. Такое перенесение названий не раз встречается в истории кочевых племен. Они избрали себе правителя, который получил титул каган. Далее они прибыли к аланам и благодаря им отправили первое посольство в Константинополь, которое прибыло к императору Юстиниану в 558 г. Вскоре к ним присоединились бежавшие от тюрок племена тарниах и котзагиров в количестве 10 000 воинов. Всего их начитывалось 20 тысяч, речь скорее всего, шла о воинах, не считая женщин и детей. В середине VI в. этот племенной союз стал союзником Византии. Авары, присоединяя к себе воинственные племена степей Восточной Европы, уничтожали и вытесняли непокорных, так они оказались в Карпатском регионе, Подунавье и на Балканах. Здесь они усиливаются, ведя непрекращающиеся войны с соседями.


Попытки византийцев расположить их подальше от столичного региона в провинции Второй Панонии не увенчалось успехом, кочевники хана Баяна пытались занять земли на границе провинций Верхняя Мезия и Дакия.

Гепиды находились в союзе со склавенами. Мы знаем, что изгнанный претендент на трон лангобардов Ильдигис в 549 г. бежал к склавенам, а затем к гепидам, он некоторое время сражался с ромеями в Италии и имел войско из лангобардов, гепидов и склавен, к последним он в конце концов отправился жить.

Разгром гепидов лангобардами и их союзниками аварами и уход лангобардов в Италию от опасных союзников оставил склавен один на один с аварами. Последние покорили и подчинили себе всех «варваров» в этом регионе.

Но если Юстиниан Великий вел умиротворительную политику по отношению к новым пришельцам, одаривая их бесконечные посольства золотом, то пришедший к власти воинственный Юстин II прекратил такой подход, тем самым развязав бесконечную войну с соседями-всадниками. 

Войско-народ.


Что же способствовало их военному успеху?

Авары были народом-войском. Несмотря на тот факт, что они находились на одинаковой стадии развития с соседями в Восточной Европе, их военно-технологическое преимущество обеспечивало им доминирование над ними. Авары — народ-войско, сплоченное общей борьбой вначале с тюрками, а потом и с другими кочевыми народами на пути в Европу. Безоговорочная деспотичная власть хакана или кагана обеспечивала твердую и беспрекословную дисциплину у этого этнического образования, в отличие, например, от их данников, славян, не имевших жесткого управления. Хотя у них был и совет старейшин и знать, иногда возражавшая кагану.

Все они были великолепными наездникам: археологический материал позволяет утверждать, что независимо от социального статуса у всех кочевников были железные стремена и удила, что помогало использовать ударную силу длинных копий. Защита их лошадей «броней», сделанной из войлока, обеспечивала им превосходство над другими всадниками-конкурентами.


Авар. VI век. Реконструкция автора на основе археологических данных


Наличие стремян, которые именно они занесли в Европу, помогало всадникам попеременно использовать то лук, то копьё, закрепленное ремнем за спиной.

Низкий уровень материальной культуры также способствовал желанию побеждать и овладевать богатствами, прибывшие в Европу авары не имели даже металлических накладок на поясах и удилах, а использовали рог. Из рога была и их ламинарная броня (заба).

Ретроспективный метод показывает, что члены доминирующего племени, племени завоевателей, не занимались физическим трудом, за скотом следили рабы и зависимые кочевники, работу по «дому» делали рабы и женщины. «Досуг» давал возможность всадникам постоянно поддерживать «форму» с помощью тренировок и охоты. Всё это делало аварского всадника лихим и бесстрашным наездником со спартанской дисциплиной и воспитанием. «Авары же, — писал Маврикий Стратиг, — в высшей степени порочны, изворотливы и очень опытны войнах».


Авар. Всадник. VI век. Реконструкция автора на основе описания Маврикия Стратига


Для обеспечения длительных переходов на войне авары гнали с собой огромное количество скота, что повышало их манёвренность. И противоречия здесь нет. Большие отары или гурты обременяют передвижение конного войска, но в степи, где пропитание достать крайне сложно, всадникам-кочевникам для достижения территории, где они могут кормиться, такое подспорье было необходимо. Тем более что скорость при таком движении не требуется.

В отличие от других кочевников, они сражались строем, а не лавой, располагаясь по отдельным отрядам или мерам (мойрам), как определял их построение Маврикий Стратиг на византийский манер. Отдельные отряды создавались на базе отдельных родов или племён, что способствовало сплочённости отряда. Авары первыми бросали в бой подчинённые народы, будь то гунны, славяне или германцы. Они выставляли своих данников славян, именуемых befulki, перед лагерем и понуждали к сражению, если победа была на стороне славян, они приступали к избиению проигравших и грабежу их лагеря, если нет, они понуждали славян сражаться активнее. В сражении за Константинополь спасшихся от ромеев славян, посчитав, что, вероятно, они предатели, авары просто убивали. Каган Баян отправил данников кутургуров в количестве десяти тысяч всадников разорять Далмацию.

Когда в бой вступали собственно авары, они вели его до полного разгрома всех сил противников, не довольствуясь лишь тем, что разбили первую линию. Стоит прибавить и психологический фактор ведения войны – внешний вид кочевников авар поражал противников, хотя в одежде различия не было.

Аварское иго


Первые славянские племена, попавшие в подчинение аварам после гуннских, были склавины. Структурно взаимоотношение между аварами и славянами выстраивались по-разному. Где-то славяне и авары жили совместно, где-то славяне-данники управлялись своими вождями.

Завоеватели подвергали славян всякому насилию, это было настоящие аварское иго. Легендарное известие русской летописи гласит: когда знатный обр (аварин) собирался куда-то поехать, он запрягал в телегу три-четыре славянских женщины. Фредегест пишет, что каждый год авары шли зимовать в места расселения славян, они брали жён и дочерей славян и пользовались ими, а по окончании зимовки славяне должны были выплатить им дань. Когда в 592 г. каган при осаде Сирмия приказал славянам построить лодки-однодревки для переправы, они под страхом наказания работали из всех сил. На войне авары выставляли впереди, как мы писали выше, войско славян и понуждали их сражаться.


Авары и славянин. Художник Ангус Мак-Брайд. Изд. «Оспрей»


А как складывались отношения авар с антами?

Авары и анты


В то же время авары не смогли покорить сходу антов. Анты были многочисленными племенами, а их материальный уровень и военные знания были на достаточно высоком уровне, поэтому справиться с ними было не так просто.

50-е годы авары укрепляли свою власть, борясь с утигурами и кутургурами (кутригутами), гепидами, в союзе с лангобардами совершали истребительные походы против антов, возможно, пройдя все их земли до самого Днестра. В 560 г. анты отправили посольство во главе с Мезамером или Межимиром (Μεζαμηρος), сыном одного из антских князей или вождей Идаризия, братом Келагаста, с целью выкупить пленных и говорить о мире. Переводчик аварского кагана, кутригур, испытывая личную неприязнь к славянам, истолковал надменные речи послов как угрозу войны, и авары, пренебрегая обычаями, убили послов, начав новый поход против антов.

Чуть позднее хан Баян послал к другому вождю антов Добрету (Δαυρέντιος), или Давриту (Δαυρίτας), посольство с требованием покорности и выплаты даней. Даврит и другие вожди антов заносчиво ответил послам: 
«Родился ли среди людей и согревается ли лучами солнца тот, кто подчинит нашу силу? Ибо мы привыкли властвовать чужой (землей), а не другие нашей. И это для нас незыблемо, пока существуют войны и мечи».


Этот воинственный ответ был совершенно в традиции того времени. Между вождями антов и послами возникла ссора, послы были убиты. Вследствие чего началась война, которая, скорее всего, шла с переменным успехом, потому что Менандр Протектор сообщает нам о том, что каган (хан) Баян много претерпел от славян. Что не помешало их послам в 565 г. хвастаться в Константинополе о том, что они утихомирили варваров и они не нападают на Фракию.


Аварские мечи:
1. Меч. Кунагота. VI – нач. VII вв.
2. Меч. Кунбабон. VI – нач. VII вв.
3. Меч. Сегвар-Шополдон. VI – нач. VII вв.
4. Меч. Кёлкед-Фекетекапу. VI – нач. VII вв.
5. Ножны. Венгерский национальный музей. VI – нач. VII вв.


Каган попытался отыграть ситуацию с антами в 577 г., когда огромное войско славян из ста тысяч воев, воспользовавшись войной Ромейской державы на востоке, переправившись через Дунай и опустошило Фракию, Македонию и Фессалию.

Славяне разграбили всю территорию, опустошили Фракию и захватили табуны царских коней, золото и серебро.

Учитывая названную численность, надо полагать, что в поход ушло всё дееспособное мужское население, противостоять которому у империи просто не было сил. Ромеи обратились к хану Баяну, и тот, получив дары, решил воспользоваться ситуацией. Войско авар состояло из всадников (Ιππέων), Менандр указывает численность в 60 тысяч (что вызывает большие сомнения). Войско византийцы переправили вначале через Дунай в районе современной Сремска-Митровицы, воины перешли пешком через Иллирию и были снова переправлены на ромейских кораблях через Дунай в районе Гроцка.

Каган начал грабить беззащитное население, так как считалось, что славяне, долго воевавшие с Византией, скопили огромные богатства. Скорее всего, после этих событий анты попадают в данническую зависимость от каганата на какое-то время.

Все же сложности с переправой дали возможность антам оказывать действенное сопротивление, так, в 580 г. аварские послы требовали разрешить им сделать постоянную переправу у Сирмия (Сремска-Митровица, Сербия), чтобы иметь возможность взыскать обещанную дань со славян, но император Тиверий этого не позволил, понимая, что, не имея военной силы на Балканах, Византия при наличии моста через реку Саву также сделается добычей кочевников.

Кстати, на обратном пути послы были убиты славянами.

Славяне на границах империи в конце VI века


Но уже в 581 г. склавины вторглись в Иллирик и Фракию, а через два года, испытывая давление со стороны кочевников, они начинают не только совершать набеги на Византию, но переселяются в её пределы, первые поселенцы оседают в Македонии и Фессалии и даже Греции, что возмущало сообщившего это Иоанна Эфесского.

В то же время нарастает военная активность авар на границах империи, их данники славяне выступают в поход как самостоятельно, так и по распоряжению кагана. В том, что многие племена склавин попали под верховную власть авар, нет сомнения. При осаде Сирмия (Сремска-Митровица) и Сингидона (Белград) славяне строили лодки-однодревки для переправы войск хана, торопились, боясь его прогневать, вероятно, большинство пехоты, осаждавших эти города, тоже составляли славяне.

В 585 г. произошло вторжение славян, или антов, которые дошли до Длинных стен, то есть почти под Константинополь.

Против них выступил скрибон Коменциол, воин из отряда телахронителей-скрибонариев. Это был его дебют как военачальника, он одержал победу на реке Эргине (Эргена, левый приток Марицы). Получив должность презента или магистра миллитум презенталис (командир всей экспедиционной армии), он повел еще более решительную борьбу со славянскими вторжениями. В окрестностях Адрианополя он встретился с войском славянского князя Ардагаста. Кто такой Ардагаст, известно мало, возможно, его имя происходит от славянского бога Радегаста. На следующий год Коменциол сам выступил в поход против славян, но чем он закончился, неизвестно, потому что в это же время началось вторжение авар во Фракию.

В 586 г. каган вместе со склавинами выступил в поход к Константинополю, ромеи призвали на помощь антов, которые опустошили земли склавин.

В 593 г. против славян, живущих на Дунае, выступил стратилат Востока Приск. События происходили в районе современной реки Яловицы, левый приток Дуная (Румыния). Войско переправилось у г. Доростола (г. Силистр, Болгария), и в сражении воины разбивают славянского вождя Ардагаста.

Приск отправил большую добычу в столицу, но на него напал отряд славян. Славяне перешли к партизанской тактике и постоянно контратаковали, те из них, которые попали в плен, вели себя мужественно, подвергаясь пыткам. Как пишет Феофилакт Симокатта, «варвары, впав в предсмертное безумие, казалось, радовались мукам, как будто чужое тело испытывало страдания от бичей». Но на помощь ромеям пришёл перебежчик-гепид, который жил в славянской земле. Он предложил обмануть другого «рикса» славян, Мусокия (Μουσοκιος). По знаку гепида ромеи ночью атаковали пьяных воинов Мусокия.

Мы видим, что в атаках на Византию участвуют разные славянские племена, во главе с вождями, такими, как Мусокий или Ардагаст (Пирагаст), иногда они совершают набеги сообща, чаще сами по себе.

Победители тоже устроили пир и были снова атакованы славянами, еле отбили их атаку. На обратном пути переправу через Дунай Приску преградил хан авар, который ища повод к столкновению, обвинил ромеев в нападении на его подданных и отдал приказ большим полчищам славян переходить Дунай. Скорее всего, речь не идет о том, что славяне Мусокия или Ардагаста подчинялись аварам, но в желании кагана рассматривать всех славян как своих подданных, тем более что это был хороший повод поживиться. Приск отдал ему пять тысяч пленных славян, и на таких условиях вернулся в столицу.

Но боевые действия не остановились, славяне были настолько серьёзной угрозой, что император Маврикий вопреки обычаям отводить армию на «зимние квартиры» стал держать её на границе в пределах «варваров». Он хотел заставить армии на Дунае жить на самообеспечении, одновременно он уменьшил жалованье воинам. Командующим в Одиссе (Варна, Болгария) он поставил своего брата Петра, тот вёл борьбу с переменным успехом. Славяне разорил столицы Нижней Мезии Маркианополя (поселок Девня, Болгария), но на обратном пути их атаковал Петр, в то время как его поход за Дунай не увенчался успехом. Заменивший его Приск выступил в поход против славян в 598 г., но вынужден был вести боевые действия против авар, осадивших Сингидон (Белград) и разграбивших Далмацию. Империя пыталась каким-то образом, силой или дарами, замирить славян, так как основным противником её здесь стал Аварский каганат. Борьба с ними была основном делом государства.

После сражения с аварами в устье реки Янтра, правого притока Дуная, в апреле 598 г., крайне неудачного для ромеев, в городе Дризипере (Кариштыран) во Фракии был заключён мирный договор между каганом и Византией, стороны договора подтверждали, что границей между ними является Дунай, но договор допускал переход ромейскими войсками Дуная против славян. Очевидно, что не все славянские племена попали в данническую зависимость от авар.

А вот когда против альпийских славян, живущих в верховье реки Дравы, выступили бавары, каган защитил данников и наголову разбил противника.

А в 592 г. авары просили византийцев помочь им перейти Дунай с целью наказать славян, скорее всего, антов, которые отказывались платить дань.

Тем временем василевс Маврикий, который даже не выплатил выкуп за полон (каган казнил 12 тысяч пленных), отказался от дани аварам, разорвал договор и отправил армию в поход на кагана, этот поход был направлен в сердце кочевого государства, район среднего течения Дуная в Паннонии.

Авары в течение почти пятидесяти лет VI века укрепляли свою власть над территориями Подунавья, уничтожая одни народы, покоряя и делая данниками другие. Часть славян попала под их господство, часть была данниками, и другая часть вела с ними борьбу с переменным успехом. В условиях постоянно меняющейся политической обстановки вчерашние враги становились союзниками, и наоборот.

Но был ли симбиоз авар со славянами? Думаю, что здесь нужно сказать: нет. Обмен существовал, влияние моды или вооружения – да, но о симбиозе говорить не приходится. Эту ситуацию можно охарактеризовать как сосуществование, где ключевым элементом взаимодействие было «примучивание» аварами попавших под их пяту славян, как, впрочем, и представителей других этносов, менее многочисленных, чем славяне.

Заносчивость и этношовинизм свойственен этносам, являющимся ключевыми в таких образованиях, как каганат авар. Взгляд на мир через призму простых социальных понятий: владыка, раб и враг. При этом раб не имел того оттенка, что при классическом рабовладении, под этим термином находились все зависимые: от пленных до данников. Пик могущества таких объединений одновременно становится и моментом заката. Так произошло и с аварами. Об этом — в продолжении.

Продолжение следует...

Источники и литература:
Brzóstkowska A., Swoboda W. Testimonia najdawniejszych dziejów Słowian.— Seria grecka, Zeszyt 2.— Wrocław, 1989.
Chronicarum quae dicuntur Fredegarii Scholastici. Monumenta Germaniae Historica: Scriptores rerum Merovingicarum, Volume 2. Hannover. 1888.
Corippe. Éloge de l’empereur Justin II. Paris. 2002. 
Агафий Миринейский. О царствовании Юстиниана/ Перевод М. В. Левченко М., 1996.
Главы из «Церковной истории» Иоанна Эфесского/ Перевод Н.В. Пигулевской//Пигулевская Н.В. Сирийские средневековая историография. Исследования и переводы. Составитель Мещерская Е.Н. С-Пб., 2011. 
Из «Истории» Менандера Протектора Перевод И.А. Левинской, С.Р. Тохтосьева //Свод древнейших письменных известий о славянах. Т.I. М., 1994. 
Иоанн Бикларский. Хроника. Перевод А. Б. Черняк //Свод древнейших письменных известий о славянах. Т.I. М., 1994. 
Иоанн Малала. Хронография// Прокопий Кесарийский Война с персами. Война с вандалами. Тайная история. Пер., статья, коммент. А. А. Чекаловой. С-Пб., 1998. 
Пигулевская Н.В. Сирийские средневековая историография. Исследования и переводы. Составитель Мещерская Е.Н. С-Пб., 2011. 
Стратегикон Маврикия/ Перевод и комментарии В. В. Кучма. С-Пб., 2003. 
Феофилакт Симокатта История. Перевод С. П. Кондратьева. М., 1996. 
Дайма Ф. История и археология авар. // МАИЭТ. Симферополь. 2002.
Автор:
Ващенко Э.Д., к.и.н.
Статьи из этой серии:
Славяне на Дунае в VI в.
Источник ➝

Барон Роман Унгерн: взлет и падение монгольского «бога войны»

Барон Роман Федорович фон Унгерн-Штернберг был потомком древнего германского рыцарского рода. Несмотря на это, барон всеми фибрами души презирал западную цивилизацию и считал европейцев вырожденцами. Мечтой Унгерна было установление всемирного господства «желтой расы» и Гражданская война в России позволила ему начать воплощать свои безумные идеи в жизнь.

В монгольских степях Романа Федоровича боготворили и считали реинкарнацией Чингисхана, а буддийские ламы воспевали его как божество войны. Унгерну удалось захватить власть в Монголии и собрать армию для завоевания Европы.

Этот «крестовый поход» стал одним из наиболее ярких и абсурдных эпизодов, которыми богата история России в первые годы после Октябрьского переворота.

Родился Роман Унгерн, настоящее имя которого было Николай-Роберт-Максимилиан фон Унгерн-Штернберг, в Австрии. Детство будущего повелителя монголов прошло в Прибалтике, где жило несколько поколений его предков, остзейских немцев. Когда мальчику было 6 лет, его родители развелись и отца ему заменил отчим, с которым у Романа были отличные отношения.

В юные годы Унгерн не отличался примерным поведением и тягой к учебе, поэтому старания родителей дать ему хорошее военное образование закончилось провалом. Юношу отчислили из Морского кадетского корпуса в Санкт-Петербурге за своевольное поведение и морской офицер из него не получился.

Как только грянула Русско-японская война, Унгерн записался вольноопределяющимся в пехотный полк и отправился на фронт. Но судьбе было угодно, чтобы потомок немецких рыцарей избежал японской шрапнели: воинское подразделение Унгерна не участвовало в боевых действиях, а находилось в резерве.

Юный барон настоял, чтобы его перевели ближе к театру боевых действий и его просьба была удовлетворена. К огорчению Романа, пока происходил его перевод, война завершилась поражением Российской империи. Но в действующей армии Унгерн получил погоны ефрейтора и, главное, желание стать офицером.

Уже без приключений остепенившийся Унгерн окончил Павловское пехотное училище и в чине хорунжего был зачислен в 1-й Аргунский полк Забайкальского казачьего войска. Именно с этого момента и начинается самое интересное в его насыщенной событиями жизни.

Среди сослуживцев Роман Унгерн имел не слишком хорошую репутацию. Сослуживцы барона вспоминали о нем как о вспыльчивом, агрессивном человеке, к тому же злоупотребляющим алкоголем. Напившись, хорунжий становился обидчивым и неуправляемым, устраивая ссоры и отчаянные драки.

Унгерн в мундире Нерчинского казачьего полка

Во время одной из потасовок он получил саблей по голове, из-за чего всю оставшуюся жизнь мучился головными болями. Иван Кряжев, один из сослуживцев Унгерна по 1-му Аргунскому полку позднее вспоминал о нем так:

Барон вел себя так отчужденно и с такими странностями, что офицерское общество хотело даже исключить его из своего состава… Унгерн жил совершенно наособицу, ни с кем не водился, всегда пребывал в одиночестве. А вдруг, ни с того ни с сего, в иную пору и ночью, соберет казаков и через город с гиканьем мчится с ними куда-то в степь – волков гонять, что ли. Толком не поймешь. Потом вернется, запрется у себя и сидит один, как сыч.

Но, несмотря на неуживчивый характер и странности, Унгерна в полку уважали. Этого человека отличала настойчивость, прямолинейность и необычное, плохо объяснимое, с точки зрения логики, чутье. Однажды Роман Унгерн поспорил с офицерами, что, не зная дороги и без сопровождения проводников, проедет от Даурии до Благовещенска. Свое слово барон сдержал и все 600 верст дикой тайги преодолел за оговоренное время.

В 1913 году Роман Федорович внезапно охладел к военной службе и уволился из армии. Но его не привлекала ни яркая столичная жизнь, ни размеренные будни прибалтийского помещика. Барон отправился в путешествие по Монголии и вернулся из него, лишь получив известия о начале Первой мировой войны.

Атаман Леонид Пунин

В 1915 году, не имевший боевого опыта Унгерн, каким-то образом сумел попасть в Отряд особой важности атамана Леонида Пунина, который в имперской армии считался подразделением специального назначения. Основной задачей отряда было ведение партизанской подрывной деятельности в тылу врага.

Но Унгерн полностью оправдал доверие Пунина и в 1916 году за проведение эффективных боевых операций получил звание есаула. Барон Петр Врангель, которому предстояло вскоре возглавить белое движение, столкнулся с Унгерном в полевых условиях и оставил о нем такое воспоминание:

Оборванный и грязный, он спит всегда на полу среди казаков своей сотни, ест из общего котла и, будучи воспитанным в условиях культурного достатка, производит впечатление человека, совершенно от них оторвавшегося. Оригинальный, острый ум, и рядом с ним поразительное отсутствие культуры и узкий до чрезвычайности кругозор. Поразительная застенчивость, не знающая пределов расточительность…

Но застенчивость есаула Унгерна была обманчивой. Вскоре после встречи с Врангелем казачий офицер был приговорен к двум месяцам тюрьмы за драку с дежурным офицером военной комендатуры города Черновицы (ныне Черновцы, Украина).

Как водится барон был пьян и, не желая подчиняться требованию находившегося при исполнении офицера, ударил того по голове. Для военного времени это был более чем серьезный проступок, но есаула решили строго не наказывать. К тому времени Унгерн уже имел пять боевых наград и столько же ранений. После освобождения из-под ареста барон был уволен из полка за недостойное поведение.

Но все только начиналось, ведь вскоре грянула сперва Февральская, а затем и Октябрьская революция. Такие люди, как Роман Федорович Унгерн стали на вес золота, ведь именно бесшабашные авантюристы стали движущей силой Белой гвардии.

В первые же послереволюционные дни Унгерн с группой казачьих офицеров отправился к Байкалу, где формировал свою армию Григорий Семенов. Хорошо знакомый с бароном казачий атаман принял его с распростертыми объятьями и тут же выдал погоны генерал-лейтенанта. Перед Унгерном поставили серьезную задачу — сформировать Азиатскую конную дивизию, способную эффективно противостоять большевикам.

Неплохо ориентировавшийся в местном населении барон сделал костяком своей дивизии монголов и бурят, которых знал как отличных воинов и искусных наездников. Кроме них в отряде служили башкиры, тибетцы, корейцы, татары, поляки, казаки и даже сорок японцев. Все командные должности в дивизии занимали русские офицеры.

Желтый халат-мундир барона Романа Унгерна

От своих подчиненных Унгерн требовал совсем немного — отчаянной храбрости и беспрекословного подчинения. Ротмистр Николай Князев, служивший в дивизии с первых дней ее основания, рассказывал, что генерал Унгерн говорил о своих бойцах так:

Мне нужны лишь слепые исполнители моей воли, которые выполнят без рассуждения любое мое приказание, к примеру, не дрогнув, убьют даже родного отца.

И, нужно сказать, Роману Федоровичу удалось набрать достаточно таких головорезов. Когда в конной дивизии было 2400 бойцов, барон, с минимальными припасами выдвинулся в военный поход и за небольшой промежуток времени захватил всю Даурию. По сути, Унгерн стал правителем Забайкалья и единственной властью в регионе.

Уже упомянутый нами Князев в своих воспоминаниях писал, что дисциплина в 1-й Азиатской дивизии была железной, чему немало способствовала атмосфера недоверия. Унгерн поощрял наушничество, поэтому его подчиненные без зазрения совести доносили друг на друга. Самого барона боялись, так как считали, что он водится с нечистой силой. Монголы были уверены, что их командир неуязвимый «бог войны» и дорогу в даурской степи ему помогают отыскать дикие волки.

За мелкие грехи в дивизии наказывали бамбуковыми палками, а за более серьезные — смертью. Унгерн славился своей изобретательностью в придумывании казней и редко повторялся. Людей расстреливали, четвертовали, разрывали лошадьми, сажали на кол или сжигали живьем. С пленными генерал также не церемонился и оставлял их трупы на видном месте для устрашения.

Дивизию барона повсюду сопровождали стаи шакалов, волков и птиц-падальщиков, что лишь укрепляло веру людей в сверхъестественную силу генерала. Немало поспособствовал усилению авторитета барона его брак с маньчжурской принцессой, заключенный в 1919 году — после этого он стал «своим» в монгольских стойбищах.

В перерывах между боями и казнями Унгерн обдумывал свою идею «крестового похода» на Европу, которая, по его мнению, осквернила себя роскошью и торгашеством. В планах мечтателя было создание новой монгольской империи от Тихого и Индийского океана до последнего моря, к которому так и не сумел дойти Чингисхан.

Урга начала XX века

Загоревшись своей идеей, генерал бросает борьбу с большевиками и вместе со своей дивизией отправляется штурмовать захваченную китайцами столицу Монголии Ургу (сейчас Улан-Батор). Этот город, напоминавший огромное стойбище, был резиденцией Богдо-Гэгэна — теократического руководителя страны и главы монгольских буддистов.

В отряде Унгерна было всего 1460 человек, в то время как в Урге расположился 10-тысячный китайский гарнизон с пулеметами и артиллерией. Совершив две тщетные попытки захватить город, барон перешел к партизанской войне. Его поддержали буддийские ламы, приславшие на подмогу отряд тибетцев, а также монгольские князья-нойоны, объявившие мобилизацию среди своих подданных.

За день до решающего штурма Роман Федорович отправился на разведку лично, верхом и переодевшись в монгольскую одежду. Барон беспрепятственно въехал в город, пообщался со слугами китайского губернатора и осмотрел снаружи его дом. Напоследок он ударил тростью заснувшего на посту китайского часового, объяснив ему на его же языке, что так делать нельзя. После этих отчаянных приключений Унгерн спокойно покинул Ургу и вернулся к своему небольшому войску.

Богдо-Гэгэн VIII

4 февраля 1921 года отряд Унгерна снова пошел на штурм Урги и после кровопролитных уличных боев овладел городом. Первым делом в столице вырезали всех евреев, а их имущество разграбили. 22 февраля произошла коронация Богдо-Гэгэна VIII, которого барон сделал повелителем Монголии. Разумеется, Роман Унгерн получил фактическое право управления страной от имени марионеточного правителя.

К весне армии Унгерна удалось полностью выбить китайцев из Монголии и пришло время воплотить в жизнь основной замысел — поход на Европу. 15 мая 1921 года Роман Федорович издает «Указ №15», объявляющий начало похода в Россию.

В подчинении у барона, которого к тому времени уже считали великим полководцем и воплощением Чингисхана, было более 11 тысяч вооруженных всадников 15 разных национальностей. Первоначальной целью Унгерна была организация антибольшевистского восстания в Иркутской губернии и Забайкалье, а затем и на Алтае.

Бойцы армии Унгерна

Барона обещали поддержать японцы и его старый друг атаман Семенов, поэтому он чувствовал себя непобедимым. Но союзники не сдержали своего слова и большая, но абсолютно дикая орда «нового Чингисхана» потерпела сокрушительное поражение от Красной армии.

В августе 1921 года барон, разделив остатки своих войск на две части, начал пробираться из Восточной Сибири в горы Тибета. В пути Унгерн дал волю своей ярости, казня направо и налево своих подчиненных, начавших терять веру в его божественную сущность. Из-за этого в отряде вспыхнул мятеж, но Роман Федорович бежал в степь.

Карьера неудавшегося владыки мира закончилась неожиданно прозаично — он попал в плен к красным партизанам, которыми командовал Петр Щетинкин. 15 сентября 1921 года состоялся короткий суд, в ходе которого барона вполне справедливо обвинили в антисоветчине и массовых убийствах мирного населения.

Арестованный красноармейцами Унгерн

Наказание в то время у большевиков было одно — расстрел. Приговор привели в исполнение сразу же после оглашения, а тело потомка немецких рыцарей зарыли в неизвестном месте. Имя барона Унгерна недолго будоражило умы монголов и вскоре «демона войны» вспоминали лишь в связи с поисками мифической казны Азиатской дивизии, которую он перед пленением, если верить слухам, успел надежно спрятать.

Нужно сказать, что клады эти в Забайкалье и Монголии энтузиасты ищут и в наши дни, а личность самого барона окружили ореолом мистики, сделав знаковой фигурой восточной эзотерики.

Популярное в

))}
Loading...
наверх