Император Пётр III. Заговор

Итак, 25 декабря 1762 г., после смерти Елизаветы Петровны, новым императором России стал ее племянник, вошедший в историю под именем Петра III. 

Император Пётр III. Заговор

Петр III. Гравюра конца XVIII века неизвестного автора

 


Его право на престол как единственного прямого и законного потомка Петра I было неоспоримо. Но у супруги императора, немки Екатерины, были свои планы, и корона Петра Великого, окровавленная, должна была упасть с головы его внука, чтобы, оказаться в руках самозванки. Это было немыслимо, почти невозможно, но Екатерина была пассионарна, в отличие от своего мужа, и пассионарны были ее сообщники: они не рефлексировали и не сомневались, шли напролом и не боялись крови.
На глазах изумлённой Европы и шокированной России на русский императорский престол взошла особа, не имеющая к нему абсолютно никакого отношения. Удобно устроившись на захваченном троне, Екатерина сделала вид, что не произошло ничего особенного. А потом, освоившись, не передала власть ещё одному потомку Петра Великого – своему сыну Павлу, став узурпаторшей во второй раз. И почти заставила всех – и современников, и потомков, поверить в законность своих действий и своей власти.

Совершенный Екатериной государственный переворот стал возможным не только из-за смелых и решительных действий её сторонников, но и благодаря многочисленным ошибкам императора. Ошибки эти отчасти объясняются абсолютной легитимностью этого монарха и отсутствием законных претендентов на престол. Петр был уверен в своей власти и полагал, что может позволить себе и торопливость реформ, вызывающих недовольство в Сенате, Синоде и гвардии, и снисходительность к своим оппонентам и противникам. А, между тем, изменники уже давно собирались вокруг его супруги, многие из них наивно полагали, что именно они станут главными действующими лицами после победы над законным императором. Екатерине отводилась, в лучшем случае, роль номинальной регентши при малолетнем Павле. Править страной собирались совсем другие люди, мы ещё назовем их имена. 

Недооценка Петром Екатерины и снисходительное отношение к ней


Петр не испытывал к откровенно пренебрегающей им жене никаких теплых чувств. Её поведение уже давно было скандальным и вызывающим, многие при Дворе полагали, что теперь император обязательно избавится от интриганки – вышлет её в Цербст, либо отправит в монастырь. Или, хотя бы, назначит ей штат новых придворных из числа верных ему людей, изолировав от подозрительных дружков во властных структурах и, самое главное, в гвардии. Но Петр никогда не был мстительным, и, вопреки слухам, не собирался, ни разводиться с женой, ни заключать ее в крепость или монастырь. К тому же постоянным заступником Екатерины выступал любимый дядя императора, Георг Людвиг, который, когда-то, был влюблен в юную немецкую принцессу, ещё носившую имя София Фредерика Августа, и теперь делал всё, чтобы отвести от Екатерины гнев ее супруга. Екатерина же, на публике, привычно играла роль жены, страдающей от произвола ничтожного самодура – её мужа:
"Иногда при всех, как будто против её воли, навертывались у ней слезы, и она, возбуждая всеобщее сожаление, приобрела новое себе средство. Тайные соучастники разглашали о её бедствиях, и казалось, что она, в самом деле, оставлена в таком небрежении, и в таком недоверии, что лишена всякой силы в хозяйственном распоряжении, и будто служители её повинуются ей только из усердия… Проницательный глаз приметил бы на лице её холодную великость, под которою скрываются великие намерения".

(Рюльер.)


И.П. Аргунов. Екатерина II, 1762 г.


Настроения в гвардейских частях Петербурга


Пётр III прекрасно знал о недавних дворцовых переворотах, свидетели которых ещё жили в Петербурге, и о той роли, что играли в них офицеры гвардейских полков. Академик Я. Штелин сообщает:
"Ещё в бытность Великим князем, называл он янычарами гвардейских солдат, живущих на одном месте в казармах с женами и детьми, и говорил: Они только блокируют резиденцию, не способны ни к какому труду, ни к военным экзерцициям и всегда опасны для правительства".


Полностью согласен с Петром и французский дипломат Фавье:
"В особенности дурно расположен к нему (императору) многочисленный и в высшей степени бесполезный корпус гвардейцев, этих янычар Российской империи, гарнизон которых находится в столице, где они как бы держат в заточении двор".


Секретарь посольства Франции в России Клод Карломан Рюльер в своих записках назвал российские гвардейские полки "стражей, всегда ужасной своим государям".


Секретарь посольства Франции Клод Карломан Рюльер



Знаменитую главным образом своим безобразным поведением и дебошами в столичных кабаках Лейб-компанию Елизаветы (гренадерская рота Преображенского полка – 362 человека), когда-то добывшую для этой императрицы трон, Петр распустил.


Офицер Лейб-компании


Что касается остальных "янычар", вполне логичным решением было отправить развращённые столичной жизнью полки подальше от Петербурга – в "Западную группу войск", которая находилась сейчас в Померании, делая Фридриха II очень сговорчивым, и поощряя короля к помощи в завоевании для России Шлезвига и Дитмаршена, принадлежавших её императору. Для гвардейских офицеров, которые уже успели привыкнуть к "балам, красавицам, лакеям" и обязательному "хрусту французской булки", эти намерения Петра (который, обозначив их, в жизнь, в жизнь претворить, к сожалению, не успел) казались жутким беспределом. Петр III недооценил нежелание гвардии уходить из Петербурга. К войне за интересы Австрии и Франции, в которой они не принимали участия, гвардейцы относились равнодушно, к войне за интересы России, в которой им предстояло участвовать – крайне отрицательно.

Клод Рюльер свидетельствует:
"Сии полки, привыкшие с давних лет к покойной службе при Дворе, в царствование по наследственному праву женщин, получили приказ следовать за государем на отдаленную войну, с сожалением оставляя столицу, против воли".


И потому агитация, которую активно вели среди них Орловы, воспринималась более чем положительно.


Ж. Л. де Велли. Алексей и Григорий Орловы


Офицеры частей, которые, по свидетельству прусского посла Б. Гольца, "в день переворота всецело предались императрице":


Шифляр С.П. Офицер Измайловского полка в повседневной форме



Офицер конногвардейского полка


Оппозиция в Сенате и Священном Синоде


Недовольны новым императором были также сенаторы и члены Синода, которых он заставил (о, ужас!) вовремя приходить на свои рабочие места и заниматься рассмотрением реальных дел, а не пустыми разговорами. Не трогать Сенат и Синод (а также быстрее короноваться) "молил" Петра даже Фридрих II. Но, по отношению к бюрократам, император остался непреклонным, а коронацию он решил провести после переговоров с Данией и решения вопроса с Шлезвигом.

Действующие лица заговора


В апреле 1762 г. Екатерина, в тайне от всех, родила от Григория Орлова сына, получившего титул графа Бобринского. 


Карл Людвиг Иоганн Христинек, портрет Алексея Григорьевича Бобринского, написанный в 1769 г., Эрмитаж


Освободившаяся от бремени авантюристка теперь могла полностью посвятить себя заговору против мужа и законного императора. 

Заговор против Петра III оформился к лету 1762 г., а штаб-квартирой заговорщиков стал Петергоф. 

Все знают про братьев Орловых, однако против законного императора выступили и гораздо более титулованные особы. Перечислим некоторых из них. Граф Никита Панин – воспитатель цесаревича Павла, сенатор и камергер. Он был одним из главных идеологов заговора. Его брат Петр – генерал-аншеф, принимавший участие в Семилетней войне. Граф Кирилл Разумовский – маршал, командир гвардейского Измайловского полка, гетман Украины, президент Академии наук. Барон Корф – начальник полиции Петербурга. Князь Михаил Воронцов (любопытно, что другие Воронцовы были верны императору, в том числе и канцлер Империи). Княгиня Екатерина Дашкова (в девичестве – графиня Воронцова, крестница императора и младшая сестра его любовницы) и её муж Михаил – петербургский масон "высоких градусов". Среди заговорщиков отирался и некий "господин Одар", который хранил в своем доме заранее отпечатанный Манифест о восхождении на престол Екатерины. По свидетельству советника датского посольства Андреаса Шумахера, под этим именем находился в России пресловутый граф Сен-Жермен. То есть, люди, вроде бы, серьезные. Да и сама Екатерина, если верить её собственным заявлениям, и словам придворных льстецов, была дамой "зело премудрой". Но, когда начинаешь знакомиться с обстоятельствами пьяного бунта гвардейских частей, который, по замыслу организаторов заговора, должен был привести к свержению законного императора, появляются большие сомнения и в уме Екатерины, и в адекватности её сообщников. 

Заговор против императора: начало


"Рецепт изготовления" государственных переворотов в России тех лет был известен даже иностранцам. Саксонский посланник Петцольд после прихода к власти Елизаветы Петровны сказал: 
"Все русские признают, что можно делать что угодно, имея в своем распоряжении известное количество гренадеров, погреб с водкой и несколько мешков с золотом".


"Мешок с золотом" у Екатерины был – "заняла" 100 тысяч рублей у английского купца Фельтена (вы, конечно же, догадались, посол какой страны передал ей эти деньги через скромного британского негоцианта). "Погреб с водкой" – организовали: закупили на эти деньги более 35 тысяч ведер. Гренадеры во главе с братьями Орловыми имелись. Но вот дальше… 

Фридрих II, например, был категоричен: 
"Их заговор был безрассуден и плохо составлен".


Сами посудите: вместо того чтобы сразу же арестовать Петра III (дело гвардейцам знакомое – и Бирона среди ночи хватали, и Анну Леопольдовну с мужем), 26 июня 1762 г. Орловы начали спаивать личный состав столичного гарнизона, распуская при этом слухи о смерти Петра III. Утверждалось, что император погиб в Ораниенбауме вследствие падения с лошади.

27 июня некий солдат-преображенец явился в канцелярию своего полка и доложил о подозрительном поведении Орловых и безобразиях, творящихся в Петербурге. В канцелярии в это время находился один из активных участников заговора – поручик П.Б.Пассек, который никак на это донесение не отреагировал. Удивленный солдат обратился к капитану Измайлову, который, в свою очередь, доложил обо всем майору Волкову. Пассек был арестован, известие о неожиданном и странном массовом загуле столичных гвардейцев и задержании одного из предполагаемых заговорщиков отправлено императору – в Ораниенбаум. По словам Рюльера, Петр к полученному известию отнеся крайне легкомысленно: 

"Когда уведомили его о признаках заговора и об арестовании одного заговорщика, он сказал: «Это дурак»".


Но момент для заговорщиков был, поистине, критический. Тот же Рюльер сообщает: 
"Без предосторожности пьемонтца Одара, которая втайне была известна только ему и княгине Дашковой, все было бы потеряно".


Узнавший об этом аресте от одного из своих агентов Одар (Сен-Жермен), известил о нём Екатерину Дашкову, та – остальных заговорщиков. В результате, в ночь на 28 июня Екатерина бежала из Петергофа в казармы Измайловского полка – этим и объясняется растерянность Петра, которому никто из слуг не мог объяснить, куда исчезла жена: он даже предположил, что её могли похитить. 

К утру 28 июня солдатики петербургского гарнизона дошли до нужной кондиции, и, когда Екатерина попросила их "проголосовать за свою кандидатуру", они, плохо понимая, что происходит, принесли присягу "императрице Екатерине Алексеевне". Хорошо помнившие о переворотах прошлых лет министры и сенаторы поспешили присоединиться к "волеизъявлению масс" (с пьяной солдатней шутки плохи, да и государь-император, по слухам, умер уже). С радостью явились и православные иерархи, которым Екатерина пообещала вернуть рабов (монастырских крепостных), отнятых у них мужем. 


Екатерина II на балконе Зимнего дворца, приветствуемая гвардией и народом в день переворота 28 июня 1762 года. По оригиналу Иоахима Кестнера



Присяга Измайловского полка Екатерине II. Неизвестный художник. Конец XVIII — первая треть XIX в.


В Преображенском полку служил в то время Гавриил Державин. Он не был осведомлён о заговоре, но, ничего не понимая (как и многие другие), вместе со своей ротой, пришел к Зимнему дворцу. Вот какую странную картину увидел будущий поэт и сановник:
"Вдруг в ликующую толпу вдвинулась странная процессия, до того успевшая пройти по главным улицам столицы. Облаченные в траурную одежду солдаты несли зажжённые факелы, между ними, как казалось, колыхался гроб, покрытый черным сукном. Процессия шла медленно, в полной тишине, исчезнув столь же внезапно, как и появилась. Никто ничего не мог уразуметь – но вот шлейфом поползли слухи: мол, император умер".


О том же пишет и Рюльер:
"Вдруг раздался слух, что привезли императора. Понуждаемая без шума толпа раздвигалась, теснилась и в глубоком молчании давала место процессии, которая медленно посреди её пробиралась. Это были великолепные похороны, пронесенные по главным улицам, и никто не знал: чьё погребение? Солдаты, одетые по-казацки, в трауре несли факелы; и между тем, как внимание народа было все на сем месте, сия церемония скрылась из вида... едва ли двадцать человек даже и во дворце понимали сие происшествие, как оно было. Народ, солдаты, не зная, жив или нет император, и восклицая беспрестанно «ура!»... думали, что провозглашают императором юного великого князя и матери дают регентство".


То есть многие в столице тогда решили: Екатерину "выкрикивают" императрицей потому, что скончался её муж. 

Княгиня Екатерина Дашкова говорила потом: "Мы хорошо приняли свои меры".

В это время молодой лакей-француз, прибывший из Петербурга, сообщил Петру, что Екатерина находится в столице и в городе "праздник": "все войска стоят под ружьём". А затем еще явился гонец, посланный парикмахером императора Брессаном, который доставил записку следующего содержания: 
"Гвардейские полки взбунтовались; императрица впереди; бьет 9 часов; она идет в Казанскую церковь; кажется, весь народ увлекается сим движением, и верные подданные вашего величества нигде не являются".


Мучительное бездействие императора


В 1987 году А. Городницкий написал интересное стихотворение о событиях того дня: 

"Шорох волн набегающих слышен
И далёкое пенье трубы.
Над дворцовою острою крышей
Золочёные светят гербы.
Пол паркетный в покоях не скрипнет,
Бой часов раздаётся не вдруг.
Император играет на скрипке, –
Государство уходит из рук.
Держит строй у ограды пехота –
Государева верная рать.
Надо срочно приказывать что-то, –
Что-то можно ещё предпринять…
Спят в пруду золочёные рыбки,
Режут в кухне петрушку и лук.
Император играет на скрипке, –
Государство уходит из рук.
Приближённые в страшной тревоге,
Приближается пьеса к концу,
Приближаясь по пыльной дороге,
Кавалерия скачет к дворцу.
В голос скрипки, тревожный и зыбкий,
Посторонний вплетается звук.
Император играет на скрипке, –
Государство уходит из рук".


Нет, на скрипке в тот день Петр III, конечно не играл – не до того было. Зато он "играл с заговорщиками в поддавки", и всё ещё находился в Петергофе. В его свите, помимо прочих, были канцлер М.И.Воронцов, бывший глава упраздненной Петром Тайной канцелярии граф А.И.Шувалов, фельдмаршал Н.Ю.Трубецкой, генерал-аншеф П.А.Девиер, генерал-адьютант А.В.Гудович, генерал-майор М.М.Измайлов, генерал-лейтенант А.П.Мельгунов. А также рядом с ним находился генерал-фельдмаршал Бурхард Кристоф Миних – человек с железными нервами и несгибаемой волей, прошедший огонь, воду, медные трубы, оставшийся неисполненным смертный приговор и ссылку в Пелым. 


Портрет графа Миниха работы Г. Бухгольца. Эрмитаж


Он ходил в Крым, брал Бахчисарай, Очаков и Хотин. Именно Миних в 1740 году с кучкой солдат арестовал всесильного Бирона, и, наверное, сейчас, в глубине души, он потешался над ничего не соображающими дилетантами, которые, по его мнению, были обречены: кому-то придется идти на плаху, кому-то – с рваными ноздрями на каторгу. Более опытного и авторитетного консультанта и специалиста в данной ситуации найти было невозможно, как ни старайся. На тот момент фельдмаршалу исполнилось 79 лет, но он полон сил, сохранил бодрость духа и тела ("возвратился из ссылки с редкою в таковых летах бодростию" – Рюльер), и безуспешно пытается предложить свои услуги. И у Петра – куча вариантов подавления этого глупого мятежа. Миних вначале предложил ему, взяв всего 12 гренадеров, скакать вместе с ним в Петербург, уверяя, что этого вполне достаточно – для пресечения возможного бунта императору нужно, всего лишь, лично показаться войскам и народу. Принимая во внимание рассказы Державина и Рюльера (о странной "похоронной процессии"), можно предположить, что своевременное появление императора в Петербурге, действительно, могло изменить очень многое. 

Рюльер пишет о событиях того дня: 
"Один полк явился печальным; это были прекрасные кавалеристы, у которых с детства своего император был полковником и которых по восшествии на престол он тотчас ввел в Петербург и дал им место в Гвардейском корпусе".


На этот полк Петр мог смело рассчитывать.

Колебались и преображенцы, Шумахер сообщает: 
"Между Преображенским и Измайловским полками царило сильное соперничество".


Преображенские командиры П.И. Измайлов и П.П. Воейков (которые арестовали Пассека) и ещё один офицер – С.Р. Воронцов, обратились к своим подчиненным с призывом сохранять верность императору. Солдаты, в ответ, кричали: "Мы умрем за него!"

Другим вариантом, предложенным Минихом, был немедленный переезд в Кронштадт, где Петр будет неуязвим. 


Кронштадт, гравюра


Император отказывается ехать ни в Петербург, ни в Кронштадт. Второе лицо в государстве, канцлер империи М.И. Воронцов, в сопровождении А.И. Шувалова и Н.Ю. Трубецкого отправлен в Петербург, чтобы разобраться в ситуации, но высшие лица государства были задержаны пикетом заговорщиков и препровождены к Екатерине. Ожидающий их возвращения (или, хотя бы, каких-то известий от них) Петр III бездействует, а драгоценное время уходит. Здесь в полной мере проявился характер этого императора, о котором Я.Штелин сказал:
"На словах нисколько не страшился смерти, но на деле боялся всякой опасности".


В советском фильме "Обыкновенное чудо" король говорит о таком типе людей: 
"Он… при малейшем несчастье замирал, ничего не предпринимал, надеялся на лучшее. Когда при нем душили его родную жену любимую, он стоял возле и уговаривал: потерпи, может, обойдется".


Об этих чертах характера Петра III прекрасно знали и заговорщики, которые и рассчитывали, главным образом, на трусость и слабость воли императора. И, люди, которые сейчас окружают монарха, тоже знают – у него нет мужества Петра I и нет норманнской отваги Карла XII, император не вождь и не боец. Почувствовав его нерешительность и убедившись, что чуда не будет, придворные начинают покидать его. 

Между тем, от пристани Петергофа видны стены и башни Кронштадта – и он пока "ничей": Петр медлит, но и заговорщики поначалу "забыли" о нем. Наконец, по настоянию Миниха, туда отправляется генерал Девиер, он успевает первым, но вслед за ним, от Екатерины прибывает адмирал Талызин, который приказывает арестовать Девиера – заговорщики берут под контроль Кронштадт.

Но Петр может отправиться в расположение своей победоносной армии: известно, как везде и во все времена "любят" фронтовики "тыловых крыс" и столичных паркетных шаркунов – возможности "пощекотать" их своими штыками боевые солдаты и офицеры очень бы обрадовались. Командует этой армией (80 тысяч солдат!) – П.А.Румянцев, лучший полководец России, сторонник Петра, из-за этого, после победы Екатерины, его отстранят от должности, некоторое время он будет в опале. 


П.А. Румянцев, портрет неизвестного художника конца XVIII века


И вот ведь совпадение: для встречи одного из заграничных гостей императора по Нарвскому тракту стоят сменные лошади и экипажи – хоть сейчас садись и кати, куда хочешь со всем возможным комфортом. Можно даже прямо в Гольштейн – если в России царствовать надоело. И пусть теперь Екатерина и ее подельники, трясясь от страха, гадают, куда отправился законный император России Петр III.

А ещё в распоряжении императора гольштейнские части – три тысячи безусловно ему преданных, прекрасно обученных, дисциплинированных солдат. И в них служат не только немцы, есть много русских. Это вполне боеспособные и самодостаточные отряды, имеющие даже свою артиллерию. 


Офицер и флейтист артиллерийского батальона гарнизона Петерштадта


Около 6 часов вечера, получив наконец приказ, они выходят из казарм Петерштадта и начинают строиться в боевые порядки. Дорога каждая минута. Даже одно известие о подходе к столице воинских отрядов, верных императору, отрезвит очень и очень многих. Тем более, что никто толком не будет знать, какие силы удалось собрать Петру и его сторонникам (ведь на марше находятся полки, направляющиеся в Померанию), а у страха "глаза велики". Большинство частей армейского гарнизона либо перейдет на сторону законных властей, либо займет выжидательную позицию – в надежде примкнуть потом к победителям. Немногочисленные заговорщики из числа тех, кому нечего терять, будут быстро перебиты (а таковых всего 40 человек – остальные используются "втёмную" и не вполне понимают, что происходит). Министры наперегонки бросятся в Петергоф, Екатерина будет валяться у Петра в ногах, умоляя не казнить, не запирать в крепость и не отправлять на вечное покаяние в сибирский монастырь, а отпустить в Цербст. 

Но Петр отменяет приказ: он решает отправиться в Кронштадт, не зная, что крепость уже под контролем изменников – она не принимает своего императора. Но горе-заговорщики, в руках которых весь военный флот России, даже не подумали блокировать Балтийское побережье, а в Нарве и Ревеле понятия не имеют, что происходит в Петербурге. В распоряжении Петра – яхта (которую он отправит в Петергоф) и галера, на которой он прибыл в Ораниенбаум. В Ревеле можно пересесть на любое подходящее для морского перехода судно и отправиться на нем куда угодно – хоть в Померанию, к армии Румянцева, хоть в Гольштейн. Именно это и предлагает сейчас Миних. Но, как сообщает Рюльер, придворные отговаривают императора:
"Они говорили, что у гребцов недостает сил, чтобы везти в Ревель. «Так что же, – возразил Миних, – мы все будем им помогать». Весь Двор содрогнулся от сего предложения... императору представили, что он не в такой еще крайности; неприлично столь мощному государю выходить из своих владений на одном судне; невозможно верить, чтобы нация против него взбунтовалась, и верно целию сего возмущения имеют, чтобы примирить его с женою".


Петр направляется в Ораниенбаум, где получает донесение о марше гвардейских частей: становится ясно, что "примирять" его с Екатериной никто не собирается. Перетрусившие придворные умоляют Петра сдаться на милость жены. Но верные Петру части готовы стоять насмерть. В Ораниенбауме по всем правилам фортификационной науки построена крепость Петерштадт, имеющая форму 12-конечной звезды. Она окружена земляными валами высотой 4 метра с четырьмя бастионами, защищена рвами с водой шириной от трехс половиной до четырех метров, и глубиной 2 метра. Внутри Петерштадта – ещё одна, пятиугольная, крепость (святого Петра), ныне выполняющая роль арсенального двора. 


План крепости Петерштадт


С ходу Петерштадт не возьмёшь – да заговорщики и не готовы к серьёзному бою: идут парадным маршем ("Шествие сие уподоблялось празднику" – Рюльер). Подавляющее большинство солдат и офицеров петербургского гарнизона случайно вовлечены в мятеж, у них нет никакой мотивации проливать свою кровь за нарядившуюся в преображенский мундир Екатерину. 


Мундир обер-офицера лейб-гвардии Семеновского полка, в котором Екатерина II возглавила поход гвардии на Петергоф 28 июня 1762 г.


И, вообще: одно дело – пить дармовую водку за здоровье "матушки Екатерины", и совсем другое – стрелять по приказу заезжей немки в "природного императора", внука Петра I. А в Петербурге, тем временем, солдаты уже трезвеют и приходят в ужас от своей "крамолы". Да и настроения в войсках, участвовавших в "походе на Петергоф" скоро изменятся. 

После ареста императора, заговорщики откроют для солдат кабаки, и водка польется рекой. Разосланные по городу агитаторы будут кричать здравицы Екатерине – их подхватывают пьяные солдаты полков, участвовавших в походе на Ораниенбаум. Но другие угрюмо молчат, а порой и лезут в драку. 

Г. Державин сообщает, что
"пикеты с заряженными пушками и с зажженными фитилями по всем мостам, площадям и перекресткам расставлены были. В таком военном положении находился Петербург, а особенно вокруг дворца, в котором государыня пребывание свое имела дней с восемь, то есть по самую кончину императора".


К. Рюльер сообщает, что, когда
"тело покойного было привезено в Петербург и выставлено напоказ… солдаты мешались в толпе народа и, смотря на своего государя, обнаруживали на лицах своих жалость, презрение, некоторый род стыда и позднего раскаяния".


То есть до убийства плененного Петра III Петербург находился на осадном положении. А если бы император не сдался и был жив? В осажденном Петерштадте или в армии П. Румянцева, не важно. Ему нужно продержаться буквально несколько дней, пока не спадут эйфория и угар, в которых пребывают сейчас солдаты петербургского гарнизона. Потом, когда выяснится, что их обманули, цинично и грубо "использовали втёмную", что император жив и сдаваться не собирается, наиболее благоразумные сами скрутят Орловым руки, и приволокут их к Петру, моля его о прощении. В следующей статье, прочитав отрывки из воспоминаний и официальных донесений современников, дипломатов разных стран, вы сможете убедиться в справедливости данного тезиса. 

Капитуляция Петра III


Но вернёмся в июнь 1762 года и увидим, что император Петр III уже сдался и отказался от борьбы. В отличие пассионарных заговорщиков, он был "гармонической личностью" и оказался не готов к противостоянию с ними. Пораженный предательством людей, которым он всецело доверял и которые не могли обвинять его даже в малейшей несправедливости, 29 июня, ещё до подхода мятежных войск, император отказался от власти. Перед этим он распорядился выплатить верным ему солдатам и офицерам жалованье на месяц вперед и отдал им последний приказ: вернуться в казармы и не предпринимать никаких попыток к сопротивлению.

Рюльер сообщает:
"При сем зрелище Миних, объятый негодованием, спросил его: Ужели он не умеет умереть, как император, перед своим войском? Если вы боитесь, – продолжал он, – сабельного удара, то возьмите в руки распятие, они не осмелятся вам вредить, а я буду командовать в сражении".


Император не слушает его. 

Фридрих II скажет позже: 
"Отсутствие мужества в Петре III, несмотря на советы храброго Миниха, погубило его".


Петр ещё делает последнюю попытку бежать: приказывает седлать любимую лошадь, намереваясь отправиться в сторону Польши, но Елизавета Воронцова
"убедила его послать к императрице просить её, чтобы она позволила им ехать вместе в герцогство Голштинское. По словам её, это значило исполнить все желания императрицы".

(Рюльер.)

Итак, оставляя Екатерине корону и трон, Петр просит лишь разрешения выехать в Гольштейн с Елизаветой Воронцовой и адьютантом Гудовичем.

Австрийский посланник Марси д’Аржанто доносил в Вену: 
"Во всемирной истории не найдется примера, чтобы государь, лишаясь короны и скипетра, выказал так мало мужества и бодрости духа".


А Фридрих II сказал графу Сегюру об отречении Петра: 
"Он позволил свергнуть себя с престола, как ребенок, которого отсылают спать".


Первым к Ораниенбауму подошёл отряд Алексея Орлова, который "одержал победу" над вооруженными деревянными мушкетами гольштейнскими рекрутами, мирно занимавшимися на плацу (бунт бунтом, но строевые занятия никто не отменял). Потом в Ораниенбаум прибыли конные отряды генералов В.И. Суворова, и А.В. Олсуфьева, которые разоружили гольштейнские отряды. Готовые сражаться, но получившие приказ не оказывать сопротивление, солдаты расставались с оружием очень неохотно, выказывая досаду и негодование. Очевидцы вспоминают о некрасивом поведении В.И. Суворова, отца будущего генералиссимуса, который сбивал своей шпагой с уже безоружных пленных офицеров шляпы, издевательски упрекая их в недостаточной почтительности. Говорили и об ограблении пленных солдат и офицеров пьяными гвардейцами.

Следует сказать, что знаменитый сын Василия Суворова до унижения пленных никогда не опускался. По сведениям, отысканным А.С. Пушкиным, даже к Е. Пугачёву Александр Васильевич отнёсся с уважением: во время конвоирования не причинял никаких дополнительных неудобств и "с любопытством расспрашивал славного мятежника о его военных действиях и намерениях". А вот участник заговора Екатерины Петр Панин, недовольный ответом пленённого Пугачева (его слова произвели большое впечатление на собравшихся вокруг людей), в Симбирске прилюдно "ударил самозванца по лицу до крови и вырвал у него клок бороды". На то, чтобы возразить неграмотному казаку не кулаками, а словами, у генерал-аншефа, видимо, ума не хватило.


Портрет Пугачева, написанный в XVIII веке, поверх портрета императрицы Екатерины II. Имя художника неизвестно. Хранится в Государственном Историческом музее г. Москвы


Печальная судьба гольштейнских солдат и офицеров Петерштадта


Но вернемся в июнь 1762 года. На следующий день после "капитуляции" гарнизона Петерштадта, его военнослужащие были разделены: российские подданные приведены к присяге новой императрице, гольштейнские солдаты и офицеры переведены в Кронштадт. Об их судьбе Рюльер сообщает: 
"Скоро их посадили на суда и отправили в свое отечество; но по роковому действию на них жестокой их судьбы буря потопила почти всех сих несчастных. Некоторые спаслись на ближайших скалах к берегу, но были также потоплены тем временем, как Кронштадтский губернатор посылал в Петербург спросить, позволено ли будет им помочь".


Так Петр III своим малодушием погубил не только себя, но и людей, беззаветно ему преданных, готовых погибнуть в бою, защищая его жизнь, честь и корону. 

В следующей статье будет рассказано об убийстве Петра III в Ропше и "посмертных приключениях" данного императора.
Автор:
Рыжов В.А.
Источник ➝

Эффектное фото красного генерала. "Чапаева" чем-то напомнило

Попалась на глаза шикарная фотография красного генерала с усами как у Буденного и жестикуляцией, как у Чапаева. Чем-то фотография напомнила незабвенный фильм про Василия Ивановича, в котором он рассказывал, где должен быть командир. Да, та самая сцена с картошкой :).

Стало интересно, что это за человек. И оказалось, что личность то знаменитая, но немного забытая. А зря. Потому что товарищ на другой официальной фотографии запечатлен с полным Георгиевским бантом – со всеми четырьмя Георгиями и кучей советских наград.

Но в отличие от семи знаменитых солдат и офицеров, ставших в дальнейшем еще и Героями Советского Союза этот офицер Золотую звезду не получил. Хотя орденом Ленина в годы Великой Отечественной войны его наградили.


Что это за колоритный персонаж?

Вы не поверите, но его, как и Чапаева звали Василий Иванович. А фамилия его – Книга. Вот такой советский генерал Василий Иванович Книга. Из бедных крестьян, потом пехотинец, ставший в годы Гражданской войны командиром конной бригады, да так потом и командовавший казаками.

Его военная карьера началась в Первую Мировую. На тот момент Василию Иванычу был 31 год, он уже отслужил действительную службу в 1905 -1908 годах и был призван в действующую армию на Кавказский фронт. И там крепкий, широкий в кости солдат попал в полковую разведку – ходить за «языками».

Получалось у него это очень хорошо. Так, что к середине 1916 года он стал полным кавалером Георгиевского креста. Причем, считается, что именно он первым получил четырех «Георгиев» на Кавказском фронте. Стал знаменит почти как казак Козьма Крючков. Даже императору Николаю II его представили.

А потом пути дорожки этих знаменитых героев пошли по-разному. Казак Крючков дрался за белых. А Василий Книга с самого начала дрался за красных. Интересно, что к тому моменту он закончил школу прапорщиков, но когда начались все эти советы и комитеты, регулярно избирался председателем ротных и полковых комитетов, как авторитетный человек и умелый боец. Так и остался с народом.

Сначала он стал красным партизаном. Дрался с Добровольческой армией на родном Ставрополье. Осенью 1918 года партизанские отряды превратились в части Красной Армии и Книга вместе с Апанасенко, Голубовским, Ипатовым и другими «народными вожаками» стал красным командиром.

Так получилось, что в дальнейшем, в Красной армии он стал командиром кавбригады в составе 1-й Конной армии. В результате судьба краскома Книги оказалась связана с судьбой Буденного, Ворошилова и Сталина, само собой, тоже.

Гражданская война была для него разной – дрался под Воронежом, Ростовом, Новочеркасском, умудрился попасть в плен к белым под Батайском в 1920 году. Почему-то его не расстреляли сразу, а допросили и оставили на ночь. Ночью он смог сбежать. А так бы стал еще одним из павших героев Гражданской войны, как безбашенный Кочубей.

Он собственно и был таким. Потому что потом, во время Польского похода именно бойцы его бригады прославились еврейскими погромами. Причем, комиссар бригады, пытавшийся остановить разнуздавшихся бойцов, был убит. Дисциплину в бригаде, в конце концов, восстановили, с зачинщиками обошлись «по законам революционного времени», а Книга и его начдив Апанасенко были временно отстранены от должностей. Тоже повезло, что не обошлись с ними по «законам революционного времени».

Василий Иванович закончил Гражданскую войну может и не крупной знаменитостью, но известным военачальником. Потом учился в академиях и на курсах. Стал комдивом, уцелел в мясорубке 1937 года. В 1940 году стал генерал-майором. А потом началась война.

Книгу назначили командиром 72-й кавдивизии, которая существовала еще только на бумаге. Ее надо было сформировать. Формирование велось на Кубани из казаков-добровольцев. В январе 1942 года дивизия вошла в состав Крымского фронта. На тот момент Василию Ивановичу было уже 58 лет.

Там, в Крыму в мае 1942 года дивизия под командованием Книги огребла от немцев ровно тоже, что получил и весь остальной Крымский фронт – дрались, отступали, теряли части почти полностью, как это получилось с 195-м кавполком. Сам Книга в боях под Керчью был контужен и получил ожоги обеих рук. Но остался жив, а остатки дивизии смогли переправиться на Кубань.

Потом поправился. Дрался с немцами под Моздоком, где опять был тяжело ранен. На этот раз, после того как вылечился, получил под командование запасную кавбригаду – готовил пополнение. С этой должности и ушел в отставку.

Интересно, что после войны, в отставке, он скучал по коням и конезавод подарил ему двух коней и построил конюшню. Но конюшню поставили рядом с многоквартирным домом, а соседям это пришлось не вкусу. И на отставного генерала накатали жалобу. В результате отставник получил нагоняй за свои чудачества, а коней… Что коней. Коней отправили на мясокомбинат…

Впрочем, Василий Иванович не унывал, ходил на встречи со школьниками, пионерами и комсомольцами. Занимался общественной работой, пока не покинул этот мир в 1961 году. В 78 лет.

Вот такой колоритный персонаж. Дрался, куролесил, прошел три войны. И закончил свои дни на обычной пенсии.

ВАРЯЖСКАЯ РУСЬ – ВАГРИЯ. ИЗ ИСТОРИОГРАФИИ. ИЗ АРСЕНАЛА НУМИЗМАТИКИ. (Продолжение 1.)

ВАРЯЖСКАЯ РУСЬ – ВАГРИЯ. ИЗ ИСТОРИОГРАФИИ. ИЗ АРСЕНАЛА НУМИЗМАТИКИ. (Продолжение 1.)

Из очерка В. А. Чудинова

 Итак, перед нами монета, отчеканенная изготовителем женских украшений по поводу варяга Рюрика (Рурега), пирата побережья Поморья Руси Руновой, находящейся в Белой Руси. А поскольку варягов также называли викингами и датчанами (под последним именем они вошли в историю Англии), понятно, что варяжский брактеат в конце концов оказался в музее Копенгагена. Однако он содержит реликвию на русском языке по поводу одного из славян и принадлежит не к монетам, но к КНОФЛИКАМ.

№ 71. Монеты ОТА. «Два золотых брактеата коллекции университета Лунда (Швеция) несут на себе графически минимально друг от друга отличающиеся надписи ОТА, а также весьма похожий на монету Рюрика щит с гербом. Полагают, что это чеканка вендского князя Уты, или Уды, отца Готтшалка, который около 1029 г. был разбит саксами. Однако, возможно, что ОТА означает не что иное, как всеобщее народное обозначение властителя как “отца”, “батюшки”, как это еще и сегодня употребляется на Руси. Но в древнем славянском языке слово “отец” звучит как ОТ, а также старейший в семье, военный вождь (например, в Трюнбергской рукописи), и поскольку все славяне в обозначении “отче наш” употребляли те же формы, которые содержались и в языке, возможно, что ОТА в действительности понималось как ОТЧЕ, что, однако, несущественно» [247].

Чеканить на монетах слово БАТЮШКА было бы странно. Опять М. Жункович не обращает внимания на то, что перед нами – деталь женского украшения, то есть карикатура на кого-то. Поэтому, учитывая неверную интерпретацию предыдущего брактеата, можно предположить, что и в данном случае мы имеем дело с карикатурой на конкретное лицо, причем на каждой монете – на свое. Чтобы убедиться в этом, попробуем прочитать надписи на каждой монете (рис. 164).

 
Вагрия. Варяги Руси Яра: очерк деполитизированной историографии - image582.jpg
 
Рис. 164. Мое чтение надписей на монетах ОТА
 

Итак, начнем с левой монеты ОТА. Надпись в левом верхнем углу сделана в обращенном цвете; если вернуть нормальный цвет, то чтение ОТА я не подтверждаю. Действительно, первый знак можно принять за вендскую руну О, однако точно такой же знак имеется и в рунице с чтением ЧЕ. Второй знак я не считаю вендской руной Т, но принимаю за букву кириллицы X, так что полная надпись читается мною как ЧЕХ. Тем самым на монете изображен не варяг Рюрик, но какой-то чешский князь. Мелким и тонким курсивным шрифтом чуть ниже написано латинскими буквами и кириллицей два одинаковых слова: QUSIN и КУЗИН. Обращаю внимание на то, что перед нами – одно из весьма редких вкраплений в русский текст – слово на латыни. Чьим кузеном, то есть двоюродным братом, является этот чех, из надписи неясно, однако понятно, что подобные карикатуры выпускались сериями – полным комплектом для монисто.

Другая надпись размещена на головном уборе; но для прочтения ее необходимо повернуть на 180 и обратить в цвете. После этих преобразований на головном уборе можно прочитать слова ЖУЛИК-КРАЛЬ, а на его нижней каемке – слово МОСХ, написанное дважды. Слово КРАЛЬ читается также на подбородке, а слова СЕ МОСХ и МОСХ – на правом бедре лошади. Таким образом, перед нами – ЧЕХ-КУЗЕН, ЖУЛИК КОРОЛЬ МОСХ. При этом части тела лошади образуют знаки руницы, которые можно прочитать СУ КОБЫЛА или СУКА БЫЛЬ, то есть С КОБЫЛОЙ. Это, так сказать, литературная интерпретация данной надписи. Но в ней есть и второй смысл, проявляющийся при ином делении на слова, то есть СУКО БЫЛА или, точнее, СУКА БЫЛЪ. Это – отношение к чешскому королю Мосху, выраженное автором карикатуры.

Теперь рассмотрим надпись на правой монете ОТА. Здесь надпись в левом верхнем углу гораздо больше похожа на вендские руны и может быть прочитана как ОТА. Вместе с тем левая сторона второго знака напоминает вендскую руну У, так что полное имя может быть прочитано не только как ОТА, но и как УТА или ОУТА (сочетание ОУ в русских надписях часто передавало тот же звук У). Таким образом, подозрение, что перед нами монета, посвященная вендскому князю УТА, становится обоснованнее.

Однако первые два знака, прочитанные с позиций руницы, опять дают слово ЧЕХЪ, тогда как третий знак является руничным знаком СУ. Так что чтение двумя способами дает текст ЧЕХ-СУ УТА (УОТА). При этом частица СУ может, как в русском, быть сокращением от слова СУДАРЬ, но может быть, в плане гораздо большей развязности, присущей жанру карикатуры, быть сокращением и от слова СУКА. Нас не должно смущать, что вендский князь назван ЧЕХОМ. При той этнической и языковой близости, которая существовала между славянскими народами в раннем Средневековье, князь одного этноса мог быть призван из другого этноса, как это было на Руси с призванием князя варягов Рюрика. Так что князем вендов вполне мог быть и князь чехов. Впрочем, возможно, что чтение руницей ЧЕХ-СУ тут отменено наличием мелких кружков над вендскими рунами, и тогда этническая принадлежность на данной монете просто не обозначена.

Надпись над головным убором и на нем самом может быть прочитана как слово КРАЛЬ, то есть КОРОЛЬ. А окантовка головного убора в обращенном цвете дает слово КРИТА. Нос и глаз могут быть прочитаны как слово РУСИ. Таким образом, перед нами (ЧЕХ) УТА, КОРОЛЬ КРИТА-РУСИ. Разумеется, и на его лошади имеется надпись руницей СУ КОБЫЛА, которое можно также понять и как СУКА БЫЛЬ, но на бедре наверху частично руницей, а внизу кириллицей написано С РУНАМИ, то есть С НАДПИСЯМИ. Возможно, это означает, что в свою бытность королем Крита чех или венд Ута оставил ряд законов, наставлений или иных документов. В том, что кто-то из варягов или вендов, обладая первоклассным флотом того времени, мог заходить в Средиземное море и достигать его островов, вряд ли можно сомневаться. Возможно, что как император и самодержец Всероссийский в XX в. был одновременно королем Польши и Великим князем Финляндии, так и князь вендов одновременно мог какое-то время быть и королем Крита. Хотя и он, судя по отношению к нему автора карикатуры, был не лучшим правителем. Возможно, что Мосх с предыдущей монеты был двоюродным братом именно Уты. В любом случае интересно то, что в Швеции хранятся брактеаты варяжского происхождения, ибо скандинавы считают себя прямыми наследниками варягов. Однако, как мы видим, сами варяги в своих карикатурах не только писали по-русски, но вышучивали именно правителей-славян.

№ 72. Монета БЕЛБОГ из Кракова. «Во владении семьи Фридляйн в Кракове находится серебряная монета, которую обычно называют “Краковский медальон”. Как показывают прилагаемые иллюстрации, обе головы, которые отчасти стерлись до нечитаемости, окружены руническими надписями. На фигуре слева написано ЦАСТОН или БАСТОН, а справа (читается справа налево и изнутри), читается, видимо, ТЦАКР. Слово КАСТА означает ПЛЕМЯ, СОСТОЯНИЕ; там же стоит слово БАСТОН, что можно понять как УВАЖАЕМЫЙ, ГЛАВА, ибо русские употребляют еще сегодня слова БАСИЙ, БАСИСТЫЙ в значении УВАЖАЕМЫЙ, ПРЕКРАСНО УКРАШЕННЫЙ, ПРИВИЛЕГИРОВАННЫЙ, а славяне Балкан, как и османы, знакомы с родственным понятием БАЗА для ВОЕВОДЫ, ВОЖДЯ; слово ДЖАКР может означать СВЯЩЕННИК, ГЛАВА ПЛЕМЕНИ, ВЛАСТИТЕЛЬ, тогда как основное слово ДЖАК приходит в значении СВЯЩЕННИК (или в связанном с ним отношении), что часто встречается в индийской мифологии. Так, бог Кришна носит название ДЖАГАРНАТ, то есть ГОСПОДИН МИРА, слово ДЖАГА означает солнечную жертву браминов, ДЖАГНА = ЖЕРТВА, ДЖАГНАМАН = ПРИНОСЯЩИЙ ЖЕРТВУ СВЯЩЕННИК и т. д. Однако славяне знали также и такое ключевое слово как ДЬЯК, ЖАК, ДИЯК, ДИАКОН в значении изучающий, в древнерусском уже как госсекретарь; в “Слове о полку Игореве” встречается имя ГЗАК как собственное и функциональное имя. Славянство этой надписи позволяет себя обнаружить и на обратной стороне, где стоит слово БЕЛБОГ, причем вторая буква Б выступает не вполне выпукло. Дальнейшая надпись вплоть до букв Ж, Д и М на правой стороне более нечитаема. Тем самым выясняется, что эта монета представляет на одной стороне высшее божество, тогда как на другой стороне – вождя народов» [247].

109
 

Чтение ЦАСТОН ТЦАКР мне кажется бессмысленным. Многие исследователи были уверены, что речь идет о вендских рунах, тогда как надписи здесь совершенно иные, руничные. Таким образом, читать необходимо иначе (рис. 165).

 
Вагрия. Варяги Руси Яра: очерк деполитизированной историографии - image584.jpg
 
Рис. 165. Мое чтение надписей на «краковском медальоне»
 

На стороне, показанной слева, после обращения в цвете я читаю знаки руницы: СИИ КЪРАКОВАНИ ЛОВЪКИЯ ТЯНУТЬ Я, что означает ЭТИ ЛОВКИЕ КРАКОВЯНЕ ВОРУЮТ ЕЕ. Здесь в слове ЛОВЪКИЯ буква Я помещена внутри слогового знака ВО. Далее имеется ряд надписей мелким шрифтом на других частях монеты. Так, на ободке головного убора я читаю В КРАКОВЕ МОНЕТА КРАКОВСЬКА. А еще ниже можно прочитать слова ТА, КОТОРАЯ КРАСИВА, ИЗ ЗОЛОТА. Так объясняется, почему краковяне стараются стянуть эту монету. А на уровне усов и бороды написано: ИЗ ХРАМА РОДА. Следовательно, золотая монета была отчеканена в храме Рода.

На обороте руницей написано слово МЕРЪТЬВЫЯ, а правее кириллицей с одним слоговым знаком (ЛЕ) читается слово ВЕЛЕСА. Правее можно прочитать слово ВОЗКРЕСАЮТЬ, то есть ВОСКРЕСАЮТ. Продолжением является смешанная надпись СИЕ МОЙ ДОМ, где сначала идут знаки руницы, потом буквы кириллицы, затем один знак руницы (ДО) и завершает надпись вендская руна (М). На лбу у изображения мужчины можно прочитать слова ИЗ ХРАМА ВЕЛЕСА. А на солнышке над головой начертаны почти те же слова ХРАМ ВЕЛЕСА.

Таким образом, одна сторона монеты содержит изображение славянского бога Рода, который почитается за то, что в его храме чеканятся золотые монеты; на другой стороне изображен Велес, его почитают за то, что он обеспечивает воскресение из мертвых; его храм – это дом верующих в него.

На одной стороне монеты написано 17 слов, на другой – 11, всего 28. Это тоже достаточно пространный текст. Вероятно, мы имеем дело с весьма древней монетой, которая чеканилась еще в храме (а не на монетном дворе) и демонстрировала пользу посещения соответствующих языческих храмов.

№ 73, 74. Золотой брактеат с надписью ЖАКГ или ЧАГК. «В северных областях Европы были найдены многие брактеаты из золота, которые имели такой же щит герба, как носит и брактеат РЮРИК, однако надпись на нем гласит ЖАКИ, ЧАГК или ЖАГК. Слова ЖАК, ДЖАК, без сомнения, являются именами высшего достоинства и указывают на вычеканенного господина как на владельца. По-словацки и по-венгерски слово ЧАГА означает ГОСПОДИН, а НАДЧАГА – ГОСПОДИН БОЛЕЕ ВЫСОКОГО УРОВНЯ. Поэтому сама монета может быть названа ЧАГА, и это подтверждает “Слово о полку Игореве”. Способ написания КГ при этом образует дополнительное доказательство, так что, вернувшись к мекленбургским руническим памятникам, которые якобы были сфальсифицированы потому, что слово БОГ там написано как БЕЛБОКГ, можно сказать, что это уже совсем не так. Первая монета была найдена в Швеции, вторая и третья – в Дании, четвертая – в Норвегии. Существуют ли другие экземпляры в музеях, и прежде всего в русских, до сих пор не установлено» [247, с. 67]. Ясно, что, как и на предыдущих монетах, чтение здесь неверное. Поэтому я увеличиваю оба изображения и читаю надписи на них с позиций кириллицы и руницы (рис. 166).

На левой монете основная надпись находится справа. С точки зрения руницы ее можно прочесть как КОЦЕЛЪ, где знак ЛЪ помещен в развороте на 180. Таким образом, речь идет о том самом князе, глиняное изображение которого нам уже встречалось. Далее читается надпись на головном уборе. Если его повернуть на 90° влево, то его вершина может быть прочитана как слово ВСЯ. Но надпись на нем читается при его обращении в цвете и повороте на 180; тогда видно написанное курсивом слово ШЛЯПКА. На хвосте лошади и ее ягодицах читается слово ПОЗЛАЩЕНА (ЩЕ – это знак руницы). Автор надписи, очевидно, иронизирует по поводу того, что князь Коцел носил позолоченную шляпу, стараясь выделиться из других князей своим богатством.

Черты его лица могут быть прочитаны как текст СЕ КОЦЕЛЪ КОНЯЗЬ, а надпись на седле – как слово БОЕЗЬ (БОЕЦ).

 
Вагрия. Варяги Руси Яра: очерк деполитизированной историографии - image586.jpg
 
Рис. 166. Мое чтение двух первых монет с надписью ЧАГК
 

Внутри морды лошади различимы знаки руницы, обозначающие слово РУСИ. Переплетение линий в районе задних ног лошади образует ряд знаков руницы, которые я читаю как СЕ ВЪРЬНЪЙ, то есть СЕВЕРНЫЙ. Далее я читаю слово, образованное уздечкой под мордой лошади, обратив это место в цвете, как ТО МУЖ, а затем переплетения линий передних ног как МИРНЪЙ. Таким образом, помимо позолоченной шляпки, недостатком этого северного князя-бойца является его мирный характер. Вероятно, автор надписи осуждал его за спокойствие, которым он отвечал на происки соседей-немцев, а им следовало бы давать решительный отпор.

На второй монете основная надпись руницей может быть прочитана как М. ЧЕХ, причем последняя буква является вендской руной Х/К, возможно, поясняющей характер последнего звука, но, возможно, и передающей самостоятельный смысл. Скорее всего, что слово ЧЕХ является частью имени, прозвищем, а не указанием на этническую принадлежность персонажа.

Перевернув головной убор на 180 и обратив его в цвете, можно прочитать с большим трудом слова НАШ ПАРИК, тогда как окантовка головного убора без обращения в цвете дает слова ТО APEC ЧЕХ, а при обращении в цвете на этом же месте возникает слово КРАЛЬ. Таким образом, речь идет, напротив, об очень воинственном (как греческий бог войны Apec!) чешском короле, который носит парик (парики в те времена, видимо, были редкостью). Губы и бородка содержат надпись ТО МИХАИЛ ХРОМОЙ, то есть чешского короля зовут Михаил Хромой. Теперь становится понятным название монетки как М. Чех Х., что означает Михаил чех Хромой. А воротник при обращении его в цвете содержит пространную надпись: ПОТРИ НОС И БЕЙ В НОС. Первая часть, видимо, означает привычку короля Михаила потирать свой нос, тогда как вторая – бить по носу противника, за что короля и сравнивают с Аресом.

Еще раз надпись МИХАИЛ ХРОМОЙ можно встретить вдоль линии низа груди и живота лошади. А вдоль левой линии бедра задней ноги читается слово, написанное курсивом, – ЧУДИЩЕ. Верх правой передней ноги лошади содержит крупную надпись СРАМ, тогда как сгиб левой передней ноги содержит слово РУСЬ или РУСИ. Так что Михаил Хромой аттестован автором надписи как ЧУДИЩЕ и СРАМ РУСИ. К сожалению, исторические сведения о нем, по крайней мере в доступной литературе, отсутствуют.

Понятно, что третья и четвертая монеты также читаются иначе. Я объединил их на одном рисунке и, как обычно, прочитал с помощью руницы и кириллицы (рис. 167).

Явная надпись совпадает с прежней – М. ЧЕХ Х. Следовательно, и на этой монете речь идет о том же чехе Михаиле Хромом. Сначала, как всегда, читаем надпись на головном уборе; на этот раз ничего поворачивать и обращать в цвете не нужно. В прямом изображении вполне можно прочитать слова ТО БЫЛА ШЛЯПКА НОВАЯ, а на окантовке написано: РОДОВАЯ и руницей – ЛИТА. Как видим, здесь уже парик не упоминается; напротив, Михаил как бы приподнимается автором надписи. На султанчике шляпы можно прочитать слова ХРОМОЙ, НО МУЗЫКАЛЬНЫЙ. Так что здесь отмечены положительные свойства Михаила. А на окантовке монеты, на бусинах при их обращении в цвете, можно увидеть слова ХРАМОЙ БЫЛ. Вероятно, эти два слова должны предшествовать предыдущим, то есть ХРАМОЙ БЫЛ – ХРОМОЙ, НО МУЗЫКАЛЬНЫЙ.

110
 
 
Вагрия. Варяги Руси Яра: очерк деполитизированной историографии - image588.jpg
 
Рис. 167. Две оставшиеся монеты с надписью ЖАКГ и мое чтение их
 

Весьма интересна надпись на ухе лошади. С обращением в цвете читаются слова С БЛАТНА, а без обращения – И НИТРЫ. Действительно, город Блатно был столицей Паннонии до прихода туда мадьяр, и проживали там словаки, а Нитра в IX–X вв. была столицей словацкого Нитранского княжества. На участке под головой написано слово НИТРА, которое можно прочитать, обратив этот участок в цвете. А без обращения, но перевернув этот фрагмент на 180, мы можем прочитать слово ПАНТЕРА. Видимо, это характеристика того же Михаила Хромого. Очевидно, несмотря на свою хромоту, этот человек ходил тихо, как пантера. На седле в обращенном цвете читается слово НАИВЕН, а на хвосте – И ХРОМ. Опять-таки слово НАИВЕН характеризует Михаила положительно. Там же можно прочитать слова НОВАЯ БАХРОМА, а на нагрудном украшении лошади слово НОВАЯ повторяется. На правой передней ноге лошади читается весьма интересная фраза: ОТ НИТРЫ МОСКВА, а в обращенном цвете – РЯДОМ. Таким образом, на бочку меда и здесь добавлена ложка дегтя: хотя до сих пор личные качества Михаила давались больше в положительных тонах, теперь вдруг подчеркивается его зависимость от Москвы. Правда, возникает недоуменный вопрос: неужели в тот период, когда существовало государство словаков со столицей в Нитре, уже была основана Москва? Известно, что первое упоминание о ней было в XII в., в 1147 г. Разумеется, она существовала и раньше, но столицей не была. Вероятно, речь идет о какой-то другой Москве. На одной из монет Русского каганата тоже упоминалась Москва, как место чеканки алтына. Так что в данном случае мы опять имеем дело с упоминанием Москвы в качестве столицы Русского государства. Вероятно, это была та самая Москва, столица Русского каганата. Где она располагалась, пока сказать трудно. Возможно, что до нее от Нитры было действительно ближе, чем до нынешней Москвы.

Интересно, что, хотя речь идет об одном и том же персонаже, его характеристики на двух монетах весьма различны. Это уже не ЧУДИЩЕ и не СРАМ РУСИ, но НАИВНЫЙ и МУЗЫКАЛЬНЫЙ человек. Кстати, человек Москвы.

Теперь обратимся ко второй монете. Как ни странно, но надпись на ней выполнена кириллицей, что само по себе говорит о том, что данное лицо не относится ни к вендам (иначе было бы возможно употребить вендские руны), ни к славянам (тогда бы надпись была сделана руницей). Итак, кириллицей начертано слово АВАР. Об аварах известно, что это народ уйгурского происхождения, который вторгся в VI в. из Азии в Европу и проник до территории нынешней Венгрии, где аварами было образовано сильное государство. Однако в начале IX в. их могущество было сломлено франками. Следовательно, монета отражала ситуацию до IX в.

Если переднюю часть головного убора персонажа повернуть на 90° вправо, можно прочитать надпись АВАРСКИЙ КАГАН. Получается, что период VI–IX вв. был временем образования каганатов, когда одновременно сосуществовали Аварский, Хазарский и Русский каганаты. Поскольку история Аварского каганата почти не известна, было бы интересно получить хотя бы какие-то сведения с данной монеты. Верх и низ головного убора содержит, по крайней мере, три одинаковых слова АВАР. Заметим, что упоминается именно этот вариант написания, а не его русский эквивалент ОБР. Далее, у конца головного убора можно прочитать слово КИМР, а на султанчике, поднимающемся вверх, при обращении в цвете – АВАРСКИЙ КАГАН. Таким образом, в данном случае каганом был киммериец.

Между султанчиком и хвостом лошади имеется пятнышко с надписью РУНА. Оно сигнализирует о наличии надписей на монете. Так, в частности, на воротнике в обращенном цвете мы находим надпись ВАРВАР. Это означает, что славяне себя варварами не считали, по крайней мере, в Средние века. На повязке вокруг морды лошади в обращенном цвете можно прочитать слова ИСЛАМ, а без обращения – С РУСИ. Получается, что авары были обращены в ислам, пока перемещались по территории Руси. Но самые интересные слова, обозначающие два имени и фамилию аварского кагана, мы находим на украшениях шеи лошади. Так, наверху мы читаем имя РАТИК; учитывая, что звук Т произносился, видимо, с придыханием, он звучал на слух как Ф, так что данное имя вполне соответствует современному тюркскому имени РАФИК. На верхней диагонали мы читаем второе имя: КАРИМ, которое тоже весьма распространено в наши дни среди тюркских народов. А на нижней диагонали вычитывается фамилия: МИРЗА. Итак, аварского кагана звали Рафик Карим Мирза.

На попоне можно вычитать слова ПОПОНА НОВАЯ. А сочетание фрагментов тела и ног образует надпись, которую я читаю как РУНА ВЪ МАВЪРУ, что я понимаю как использование МАВРИТАНСКОЙ ПИСЬМЕННОСТИ. А если прочитать мелкий шрифт на поднятой левой передней ноге лошади, а затем на правой передней, то получится подтверждающий текст: ПОЙМАН В РУНЫ АРАБСКИЕ. И действительно, ислам как арабская религия предполагает у всех своих последователей арабскую графику.

Таким образом, мы узнали, что аварский каган кимр Рафик Карим Мирза исповедует ислам, который он принял на Руси (очевидно, где он господствовал наряду со славянским язычеством), и пишет арабской письменностью. Что же касается упомянутого здесь славянского князя, то князь Коцел – историческая личность. Вот что пишет о нем В. А. Истрин: «По пути в Венецию братья заехали в Блатноград – столицу паннонского княжества Коцела. Это был не слишком решительный, но честный, образованный и миролюбивый правитель. Превыше всего Коцел стремился к спокойствию и миру. И действительно, за годы правления Коцела его маленькая страна сумела остаться в стороне от бушевавших вокруг нее войн.

Хорошо понимая огромное значение для всех славянских народов дела, предпринятого Константином и Мефодием, Коцел отнесся к братьям как друг и союзник. Он выучился у них сам славянской грамоте и отправил с ними для такого же обучения и посвящения в духовный сан пятьдесят учеников» [57, с. 31–32]. А вот что добавляет о нем В. Д. Гладкий: «КОЦЕЛ – славянский князь Блатенского княжества (около 860–874). Сын князя Прибины. До 869 г. – вассал Восточно-Франкского королевства. Стремясь править самостоятельно, Коцел пошел на сближение с великоморавским князем Ростиславом, участвовал в восстании славян против немецкого господства (869), в результате которого Блатенское княжество стало независимым. Ввел в своем княжестве славянское богослужение, совместно с Ростиславом добился создания в римской провинции Паннонии славянского архиепископства, возглавленного Мефодием. В 874 г., после завоевания франками Блатенского княжества, Коцел был свергнут с престола» [31, с. 312].

Картина дня

))}
Loading...
наверх