Кони великой Скифии

«…Вперед вы, монгольские кони, Вашу тень обгоняет народов страх!..»

Перед нами строки из песни, которую когда-то пели покорители вселенной, непобедимые, могучие русоволосые воины с голубыми глазами из гвардии Тимчака, по-тюркски Чингисхана. Но почему тогда «монгольские», если у них были голубые глаза и русые волосы? Дело в том, что с древнерусского и санскрита «могол» означает одно и то же – «могущественный». Мы не будем доказывать, что Сибирская Русь – последний центрально-азиатский союз племен белой расы — никакого отношения к современным монголам не имел, это не относится к теме данной статьи.

У сибирских скифов была своя культура, говорили они на двух языках, на древнерусском и тюркском, и имели лучших в мире, высоко аллюрных лошадей. О монгольских конях, точнее о сибирских, хочется рассказать отдельно. Мы знаем о Сибирской Руси совсем не много. Не знаем где стояли древние её столицы, с какими народами она вела торговлю, а с какими вступала в союзы. И еще меньше мы знаем о её знаменитых конях. Когда речь заходит о великих завоеваниях монголов, то мы невольно представляем людей монголоидной расы, покрытых кожаной броней, сидящих на низкорослых, лохматых, злобных лошадках. Историки изо всех сил пытаются вбить нам в голову, что это и есть знаменитые монгольские кони, на которых предки халху и ойратов (настоящее название средневековых монголов) в 13 веке завоевали почти всю Азию и больше половины Европы.

Никому из нас не приходит в голову, что конь для средневекового воина — что самолет для летчика-истребителя. Каким бы летчик асом ни был, но если он сидит в самолете, на котором невозможно никого догнать и ни от кого улететь, если этот самолет не способен летать на вертикалях, то в первом же бою такому летчику «крышка». В древности человек и конь дополняли друг друга. Цена воина зависела от его коня. Если конь был способен скакать, не сбавляя темпа несколько часов подряд и нести на себе тяжело вооруженного всадника, если на этом коне можно было уйти от любой погони и догнать в степи любого противника, но этому коню не было цены. Результат конных сражений наполовину зависел от резвости, выносливости и силы коней.

Скифский конь. Напёрсток. Серебро

Многие летописцы 13 века, описывая «монгольских» коней, восхищались их красотой, быстротой, силой и выносливостью. Они не скрывали того, что половина успеха в битвах, которые выигрывали сибирские скифы у своих противников, принадлежала их коням. Сибирские скакуны одинаково переносили холод, жару, каменистые и песчаные пустыни. В походах им практически не нужен был фураж, они питались любой, попавшейся на пути, растительностью. И в то же время, по своим качествам не уступали никаким другим породам коней своего времени. Современные ученые, занимаясь исследованием печенежских, половецких и ордынских могильников, пришли к выводу, что похороненные в них кони никакого отношения к современным «монголкам» не имеют. 

По костям было определено, что печенежские, половецкие и ордынские лошади были очень близки к современным ахалтекинцам. Кони описываемой породы отличались высоконогостью, небольшой горбоносой головой, они были поджары и высоки в холке. Но удивительное дело, когда были вскрыты скифские могильники на плато Укок, что на Алтае, то там, в вечной мерзлоте, были найдены точно такие же кони. По масти они оказались гнедыми или рыжими с золотым отливом. Их так и звали – «золотые кони». Все они отличались высоким ростом, поджаростью и аккуратной горбоносой головой.

Скифский золотой гребень из Крымской коллекции. После событий на Украине вывезен на Запад в числе других бесценных артефактов

Что же мы видим? Со времен тагарской культуры, это 800 лет до н.э. вплоть до 15 века и даже позднее, до века 20, на огромных просторах евразийской степи царствовала одна породная группа великолепных верховых скакунов. Она была в Средней Азии у массагетов, у сарматов, скифов, позднее у их потомков – великих гуннов, на севере Китая у динлиней и предков печенегов, половцев и тех сибирских племен, которые построили свое царство, названное Ордой.

Татуировки мумий из Пазырыка

Существует легенда, что перед своей смертью Чингисхан-Тимчак, собрав на совет своих полководцев, сказал, что когда будет завершено завоевание всего мира, то по бескрайним степям Азии и Европы будут пастись только монгольские скакуны, и никаких других коней, кроме них, на земле не будет. Никто из знаменитых полководцев и сыновей ему не возразил, все были согласны с его завещанием.

Скифская пряжка. Парные головы коней

Возникает вопрос, неужели монголы не знали о великолепных никейских конях Ирана, или арабских скакунах Аравии и севера Африки? Конечно, они об этих конях хорошо знали, но ценили их намного меньше чем своих. Знаменитых персидских лошадей сибирские скифы не любили за их изнеженность и привередливость к содержанию. Арабских скакунов они вообще за боевых коней они не считали. Когда небольшое войско сибирской Руси проиграло битву мамелюкам в передней Азии, то, чтобы уйти из окружения, всадники севера развернули своих коней и стали уходить в степь. Началась погоня, мамелюки пытались догнать своего врага на арабах, но через несколько часов всадники на рыжих и гнедых конях растворились на горизонте. Читатель может спросить, куда же делать эта великая порода в наше время, что с ней сталось? То же самое, что с самими ордынцами – сначала они назывались степными ассами или кайсаками, потом стали называться просто – казаками. А их знаменитые кони были переименованы в донскую породу верховых казачьих лошадей.

Злато скифов

Позднее, от донской скаковой отделилась кабардинская, терская, но по сути, все три породы являются конями одной племенной группы. К ним можно отнести и уцелевших в Средней Азии ахалтекинцев. Тот же рост, высоконогость, строение головы, невероятная выносливость и резвость, только ахалтекинцы больше приспособлены к условиям пустыни. Именно от них когда-то произошли никейские кони, о которых мы написали выше. Беда всех нас русских в том, что не умеем ценить то, что имеем. Для нас всё что за границей — обязательно лучше, хотя свое намного превосходит иностранное и заморское. Вот почему мы не ценим древнейшую в мире породу коней, которая сохранилась на нашей земле. Своих коней ценят только сами казаки, ни один настоящий казак не поменяет своего дончака или кабардинца ни на араба, ни на тракена, ни на ахалтекинца.

Злато скифов

Много лет назад автор встретился с кубанским казаком, который воевал в армии Буденного против бухарского эмира. Во время взятия Бухары казаки забрали себе коней азиатского правителя. Получил коня и знакомый автора. По его словам, коня очень хорошего, если он находился в конюшне царька. Но на вопрос автора, кто оказался лучше, эмирский конь или его, казачий, старый казак с удивлением посмотрел в глаза автору и ответил, что, конечно его конь. Он был удивлен таким глупым вопросом.

Подвеска в скифском стиле (перекрученные животные)

Чтобы доказать превосходство нашей древней породной группы над другими конями, в частности, над арабскими, мы приведем один факт. Во время гражданской войны в Америке, сотня кубанских и донских казаков-волонтеров решили отправиться на помощь к северянам, но французский корабль, который их повез, попал в шторм, и его снесло далеко на юг, он разбился на берегах южного Марокко, на краю пустыни. Французские моряки остались дожидаться помощи из Франции, а казаки решили вернуться на родину. Они сели на своих коней и двинулись в Сахару. И так, от оазиса к оазису, казачья сотня передвигалась к портам Египта. На пути им встречались озлобленные берберы и арабы. Местное население пыталось уничтожить христиан, но казачья сотня на своих дончаках и кабардинцах легко уходила от любой погони, и если надо, догоняла своих врагов.

Скифская змееногая богиня Апи

Так, пройдя через всю Северную Африку, казаки добрались до Александрии, где были взяты на борт, специально для них посланного султаном, турецкого корабля и в целости, и сохранности доставлены на родину.

Чем хороша данная породная группа? Кони, как дончаки, так и кабардинцы, или карачаевцы, разницы особо нет, ходят и под седлом, и в упряжке. У этих лошадей очень уравновешенная психика. При доброй выездке самый сильный конь будет нести даже младенца, а стрелять с них можно, используя голову как упор для ружья. Так же они не способны, в основной своей массе, своевольничать, и очень сильно привязываются к хозяину, как собака. Их выносливость не имеет себе равных. Если по резвости они на короткой дистанции немного уступают чистокровным коням, то на дистанции 2000 м. и более, сравниться с ними может лишь ахалтекинец.

Ахалтекинец

Кстати, насчет ахалтекинцев. Есть один рассказ, как в советское время, единственный в истории ахалтекинец участвовал на знаменитых британских скачках. И он победил. Хозяин этого коня, англичанин, обрадованный большим гонораром за победу, вернул коня в СССР, подарив девушке, которая за ним там ухаживала. Это подлинный факт, его знают и в Европе, и в России.

В Орде разводили всегда две ветви лошадей. Одни кони были среднего роста, очень быстрые и маневренные, они предназначались для средне и легковооруженных всадников. Другие кони были высокого роста и очень мощные. Они несли на себе тяжеловооруженную ордынскую латную кавалерию.

Именно такие кони, с мощными, закованными в броню всадниками, переломили ход в великой битве ордынцев и рыцарей Европы в апреле 1242 г. при Лигнице. Долгое время эти две ветви разводились как на Дону, так и на Северном Кавказе. В советское время коней среднего роста, почему-то, стали называть старо-донской, а лошадей высоких и могучих – ново-донской. На самом же деле обе ветви очень древние. Об этом хорошо знал ценитель казачьей породы, маршал Буденный, который в 1931 г. основал для сохранения донской породы конный завод «Зимовниковский». Много лет этот завод работал по сохранению лучших в мире коней, его директоры и администрация спасли коней даже во время Великой Отечественной войны. В трагическое время 1942 г. в момент немецкого наступления кони были эвакуированы за Волгу. Даже тогда советское правительство нашло средства и время что бы спасти бесценную породу. А что же происходит в наше время с заводом? Наш президент оказался на высоте – Владимир Владимирович в 2009 г. лично наградил директора Василия Бурку за хорошую работу и сохранение породы, но враги рода человеческого, и нашей родины в частности, тоже не дремали. 

В 2011 г. они организовали рейдерский захват конного завода и поставили во главе предприятия некого безработного Берча Мухаммедовича Карданова, а на следующий день предприятие выставили на торги. Коней самой древней на земле скифской породы кого распродали по мясной цене, а кого и пустили под нож. Нам могут сказать, что таковы законы экономики, и что завод оказался ни с того, ни с сего нерентабельным. Все это отговорки, экономикой здесь и не пахнет. Это политический акт уничтожения русского национального достояния, нашей русской породы великолепных коней, на которых когда-то Сибирская Русь покорила и Китай, и Иран, и Переднюю Азию. Здесь — попытка уничтожить нашу национальную гордость. Наверняка, президент не знает, что произошло и с заводом, и с людьми, которых он благодарил за вклад в возрождение России. Тут удар не только по породе, но и по президенту. Либерал-демократы этим актом пытаются показать, что они еще живы и что-то могут.

У нас в Сибири сохранена традиция разведения ордынских коней, это и понятно, ведь мы живем на территории бывшей Сибирской Руси. Сибирские скакуны по экстерьеру мало отличаются от донской породы, тут их так и зовут – «донские». Им не страшны морозы за - 40С, копытят пастбище они до февраля, самостоятельно добывая корм, и при этом ни сколько не худеют. Пример тому – наши кони, которых мы держим на базе. Этих коней мы испытывали в упряжи, и под седлом, и везде они великолепны. В Сибири, в частности в Томской области, сохранена и традиция изготовления высококачественной конской упряжи. ООО ПКФ «ИНКАР АГРО», под руководством Шушарина Сергея Петровича создает прекрасные седла как для охоты, прогулок и пастушьего дела, так для спорта и цирка, под заказ. Также они изготовляют отличные казачьи комплекты амуниции, вьючные походные седла, праздничную и повседневную упряжь. Наши сибирские мастера создают свои произведения по качеству не уступающие немецким и британским, но гораздо дешевле, а также могут выполнить на заказ изделия в любом цвете, размере, украшениях по желанию коневладельца. Не подумайте, что мы банально рекламируем томскую фабрику.

Речь о другом, о том, что у нас в Сибири жива национальная русская традиция коневодства, и как доказательство этому — действует эта фабрика по изготовлению шорно-седельной продукции. Зная об этих русских умельцах и мастерах своего дела, не надо обращаться куда-то за моря, за океаны. Все что нужно, для вас сделают здесь, в России, в частности в Томске. И последнее. Вернемся снова к трагедии породной группы ордынских коней. Есть старинный психологический прием. Если хочешь уничтожить народ, назови его другим именем, и со временем народ вымрет. 

Пример тому – наши казанские татары. «Татарами» их назвал В.И. Ленин в 18 году прошлого столетия. Зачем он это сделал? Для того чтоб их название ассоциировалось в сознании русских с татарской ордой, которая якобы притесняла Русь. На самом деле всё было не так, но это другая тема. Ленину хотелось, что бы русские видели в булгарах своих врагов татар – политика разделения. Результат сказался, булгары как нация, под названием «татары», стала медленно вымирать. То же самое и с конями. Когда единую породную группу ордынских коней разделили на части, придумали дончаков, кабардинцев, карачаевцев, терскую породу, то фактически отсекли сибирских коней той же самой породной группы. Мелкие нарымские лошадки, хакасские, тувинские и бурятские «монголки» не в счет — они исстари мясная порода. Мы имеем в виду крупных высоко аллюрных коней.

Ахалтекинец. Небесный аргамак

Что же получилось? Сибирские кони первые оказались без имени, роду и племени, а лучше их вряд ли найти здесь, да и во всем мире. Пример тому подвиг амурского жеребца по кличке Серко, который в конце 19 века за одну зиму дошел от берегов Амура до Петербурга. А сейчас наступает очередь гибели других ветвей этой породной группы. Что происходит с дончаками, мы уже сказали. На очереди, в будущем, кабардинцы и карачаевцы. Поэтому, что бы спасти породу, прежде всего надо вернуть ей старое название. Пора так и называть этих великолепных лошадей – Конями Великой Скифии, кратко КВС, или Ордынской породой верховых и упряжных лошадей. Надо создать на базе племенного поголовья, которое еще можно найти, мы имеем в виду две ветви донских коней, новый государственный племенной центр русской национальной породы, под патронажем федерального правительства.

 

ИСТОЧНИК

Стреляли друг в друга два генерала

Кто только не дрался на дуэлях в России. Доходило и до того, что генералы выходили к барьеру друг против друга. Особенно, если друзья и советчики постарались натравить одного на другого.

Дело было в славном городе Тульчин, во 2-й армии, в самом гнезде декабристов, в далеком 1823 году. Войны с Наполеоном давно закончились, а про то, что скоро заварится каша с восстанием на Сенатской, пока еще никто не догадывался, даже сами заговорщики.



Армейская жизнь вдали от столицы была точно такой же как и сейчас – скучной, монотонной и занудной.

И тут еще в Одесский полк назначили командующим подполковника Ярошевицкого. Подполковник оказался
«грубым, необразованным и злым».

Короче говоря, офицерам и солдатам полка не повезло, потому что в армии в таких случаях выбирать не приходится: перевестись в другую часть еще не факт, что получится, а значит, чтобы не терпеть измывательства – у офицера одна дорога – увольняться. Или терпеть.

Но офицеры тогда были люди гордые и плохого отношения к себе не терпевшие. Дворяне, знаете ли, хоть часто и не очень знатные, раз служили не в гвардии. Поэтому в полку решили, что кто-то должен пострадать за всех и нанести полковому командиру показательное оскорбление. Или, проще говоря, набить морду у всех на виду. По жребию сделать это выпало штабс-капитану Рубановскому. При этом Рубановский очень четко понимал, что это все – конец карьере, если не казнь. Но уговор есть уговор.

Тот специально нарвался на то, чтобы при очередном дивизионном смотре командир полка на него наорал. Потом подошел к нему, стащил с коня и избил. А полк стоял и наблюдал, пока не подскакал командир дивизии Иван Мордвинов.

Рубановского схватили, судили, разжаловали, отправили служить солдатом в Сибирь, так как он взял всю вину на себя. Дуболом подполковник Ярошевицкий ушел в отставку. Кстати, помните фильм «История одного назначения»? Там примерно такая же история, только офицера избил нижний чин, за что и был поставлен к стенке. Фильм не совсем соответствует тому, что было на самом деле, но это – другая история, как-нибудь расскажу.

Генерал Киселев, 1830-е годы, уже много позднее этой истории


Так вот в дальнейшем начальник штаба 2-й армии Павел Киселев узнал, что на самом деле Мордвинов был в курсе, скажем так, запланированной акции, но препятствовать ей не стал. Более того, по воспоминаниям участников всей этой истории, перед смотром уехал из лагеря, чтобы сделать вид, что совсем не в курсе того, что может случиться. В результате Киселев добился, чтобы Мордвинова отстранили от командования бригадой, а новой не дали, оставили «прикомандированным».

После этого полгода Мордвинов просидел без назначения. И все это время его старательно накручивали враги Киселева, которых у него было более чем достаточно. Потому что генерал был деятелен, умен, активен, решителен и молод. В 1823 году ему исполнилось всего 35 лет – мальчишка для такой должности. Так вот среди тех, кто копал под Киселева, были не только генералы Рудзевич и Корнилов, но, по мнению историка Оксаны Киянской, еще и один командир Вятского полка. Некто – Павел Пестель. Глава тайного Южного общества.

Зачем это нужно было Пестелю? Ведь он многое почерпнул у Киселева. Например, то самое «Высшее благочиние» из «Русской правды», которое ему часто припоминают, фактически списано с тайной полиции, созданной Киселевым во 2-й армии. Именно работа этой тайной полиции и привел к аресту «первого декабриста» - майора Владимира Раевского в 1822 году.

Но Пестелю требовалось устранить Киселева, потому что тот копал под генерал-интенданта Алексея Юшневского, второго человека в Южном обществе, того, кто занимался подготовкой обеспечения мятежа во 2-й армии. Так что Мордвинов всем оказался очень нужен.

Закончилось все тем, что Мордвинов все-таки посчитал, что Киселев его оскорбляет и послал тому вызов на дуэль. Расчет был прекрасный: если Киселев откажется, то конец карьере. Если согласится, то у Мордвинова есть шанс помочь всем недоброжелателям начальника штаба 2-й армии.

Киселев вызов на дуэль принял. Стрелялись в 40 верстах от Тульчина, в Ладыжине, чтобы как можно меньше людей узнали о дуэли. Использовали пистолеты Кухенрейтера, барьер поставили на восьми шагах, сходились с 18-ти. Изначально предлагалось стрелять без секундантов, чтобы не было свидетелей, но Киселев приехал с адъютантом Бурцовым.

Стреляли без очереди. Перед выстрелами Мордвинов начал было:
- Объясните мне, Павел Дмитриевич...

Но Киселев оборвал его:
- Теперь, кажется, не время объясняться, Иван Николаевич; мы не дети и стоим уже с пистолетами в руках. Если бы вы прежде пожелали от меня объяснений, я не отказался бы удовлетворить вас.

Подойдя к барьеру, они стояли и никто не стрелял первым, ожидая выстрела другого. В конце концов, решили, что Бурцов считает до трех, на счет «Три» стреляют.
Когда раздались выстрелы, оказалось, что Мордвинов целился Киселеву в голову, но промазал. Киселев хотел попасть в ногу, но пуля прилетела Мордвинову в живот. До врача его не довезли.

Сильные все-таки были духом генералы.

Киселев вернулся в Тульчин, доложил обо всем командующему 2-й армии Витгенштейну, потом сдал дела и стал ждать решения императора Александра I. Через месяц Александр сообщил, что не считает Киселева виноватым, но все-таки было бы лучше, если бы генералы стрелялись за границей.

А потом было восстание на Сенатской, бунт Черниговского полка и следствие по делу декабристов. Киселев был оправдан, хотя его адъютант Басаргин, например, отправился на каторгу, осужденный по II разряду. Киселев же в дальнейшем оказался одним из самых разумных и профессиональных чиновников николаевской эпохи.

Небольшая черта. Через некоторое время после дуэли Киселев узнал о том, что семья Мордвинова находится в бедственном положении. И он, движимый чувством вины в этой истории, до последнего дня жизни вдовы Мордвинова выплачивал ей пособие по 1200 рублей в год. Это – достаточно приличные деньги для того времени. Хоть и не миллионы, конечно.

Вот такие истории случались в то время, когда «за Лафитом и Клико» декабристы крутили свой заговор в Петербурге и Тульчине.

Картина дня

))}
Loading...
наверх